Навар с плавающими грибами еще оставался, и Сеня не решился вылить все это. Так и пошел дальше вдоль ручья, неся на вытянутых руках кастрюлю…
Вдруг он увидел раскидистый дуб. Остановился, сверился с записями сна: «…поворот перед огромным дубом налево… двести шагов».
Что он и исполнил, тщательно считая шаги. Причем однажды сбился и начал все снова. Кастрюля очень мешала. Наконец она пришел.
- Двести! - сказал он и огляделся.
Вокруг все тот же лес!
Еще раз прочитал записи. Все верно, но на этом указания заканчиваются. Что же делать?
- Я не досмотрел сон! - воскликнул вслух Сеня. Он это точно понял. Хоть плачь. Отхлебнул из кастрюли наварчику.
Вдруг Сеня понял, что стоит на тропе. Прямо на самой тропе. Только с перепугу сначала этого не понял.
Но в какую сторону идти? Ясно - не назад. Оглядевшись, Сеня отправился дальше… Кастрюля продвигалась впереди него.
Овчарки крутились возле ручья, где Сеня пил лежа. Ручей был успешно преодолен, но с другой стороны след терялся…
У Сени удивленное, радостное лицо.
Дорога! Она открылась неожиданно, оглушив после лесной тишины свистом скорости проезжающих машин. Взяв кастрюлю подмышку, Сеня начал голосовать. Машин ехало много, но никто не останавливался…
Для верности Сеня еще раз раскрыл атлас, перечитал записи о сне. Никаких подсказок.
Наконец притормозили неприметные «жигули».
- Куда тебе? - спросил Сеню водитель.
- В Москву.
- Деньги есть?
- Нету.
- Чем расплачиваться будешь? - усмехнулся водитель. - Ладно… садись.
Сеня устроился на переднем сидении. Кастрюлю прихватил с собой. Так и держал «суп» на коленях. На дне уже оставалось совсем немного грибного навара, поэтому, несмотря на рессоры «жигулей», можно было не опасаться, что он прольется.
Водитель заблокировал дверь Сени, нажав кнопку на двери.
- Чтоб ты не вывалился, - объяснил он ему с улыбкой.
Сеня внимательно разглядывал пожалевшего его водителя. Ничего особенного. Самая неброская внешность. Лет сорок. Глаза небольшие, нос с горбинкой, первая седина… ухмылочка только неприятная.
- Далеко до Москвы отсюда? - спросил Сеня.
- А ты сам что ли не знаешь?… От мамы сбежал?… Что это у тебя? Сух пай?
- НЗ. На всякий случай…
- Тут прямо… потом развернемся на М1…
Кругом лежали леса, леса… То близко подходила кромка леса, то убегала к горизонту, открывая вид на какую-нибудь далекую деревушку…
Телефон у Сени разрядился. Он понажимал кнопки на приемнике.
- Чего тебе надо? - грубо спросил водитель.
- Новости ищу. Если ничего не скажут… Они ничего не скажут… потому что это вранье…
- Не твое - не трогай, - отрезал водитель и переключил на музыку.
- Ну, пожалуйста, - попросил Сеня. - Понимаете, у меня мама - диктор телевидения - Евгения Семенова и она… мне наврали…
Сеня попытался снова переключить, но водитель ударил его по руке.
И заржал:
- Ты еще скажи, что твой папа - принц заморский!
Водитель включил радио на полную громкость.
Еще долго после этой стычки он молчал. Сеня тоже. Вдруг водитель сильно наклонился к нему. В бардачок полез. За сигаретами.
На трассе кроме них не было ни души. Водитель курил. И вдруг потрогал его коленку. Сеня вцепился в кастрюлю и в атлас. Водитель выключил музыку совсем. В наступившей тишине зловеще прозвучали слова-приказ.
- Пойдем в лес, за грибами погуляем… - сказал водитель.
- Я только что оттуда, - ответил Сеня.
Водитель не тормозил, продолжал ехать. Их обогнала какая-то иномарка. В зеркало заднего вида водитель наблюдал за ней. Вскоре она свернула на единственную проселочную дорогу, уходящую в лес.
Водитель сплюнул в окно. В иномарке целовалась парочка.
Теперь лес обступил дорогу с обеих сторон, оставляя узкую колею меж зеленой массы.
- А М1 скоро? - спросил Сеня.
Водитель не ответил. Он увидел слева дорожку в лес и уже начал притормаживать, чтобы пересечь дорогу, как вдруг из-за поворота им навстречу выехала машина полиции. И остановилась. Выруливать было некуда. Водитель заглушил мотор. Вышел из машины. Захлопнул дверь. Прошел шагов десять до полицейского.
- Это - мой сын! - заявил он проверяющему его водительские документы инспектору.
- Который? - рассматривал паспорт.
- Васька.
- Ясно… Тут мальчишка сбежал. Из лагеря. Бедовый, говорят. Горе у него… Ищем вот.
Сеня еще крепче вцепился в кастрюлю. Разговора он, конечно, не слышал. Ему очень хотелось выйти, броситься к полиции… но тогда его отправят обратно! Туда, где так жестоко наказывают… А ему надо найти маму.