«Посмотрели б вы на этот ручеек в половодье, - сказал Степан. – Он становится большой рекой, собирает все талые воды и несет их с такой быстротой, что может все смести на пути. Видите, какой овраг образовал, и с каждым годом он становится глубже».
«Почему б его не засыпать и не засадить деревьями?» - спросила мать.
«А кому это надо?».
Потом был долгий, пологий подъем. Степан спешился, чтобы лошади было легче. Наше село находилось в низине, со всех сторон окруженное возвышенностью. Нам всем передалось необъяснимое волнение. Лошадь, почуяв приближение к дому, пошла быстрее. «Умные животные, эти лошади» - сказал Степан, любовно глядя, какой рысью она затрусила, весело помахивая хвостом. «По правую сторону от церкви - дом отца Ивана, - пояснял Степан. - По левую – моего хозяина, Грача. Дальше, где сады, Максимыча, купца, а еще правее – школа. В ней учителя живут. А вот внизу, хорошие постройки, это волость и дом родственника старшины. А это тебе знакомое место?» - спросил он, когда стали подъезжать к дому помещика. Мать провела в нем детство. Ее окутали воспоминания, и она ничего не ответила на его вопрос, когда он смотрел на нее и ждал, что она скажет…
Как только мы въехали в деревню, и деревенские узнали Степана, на нас стали смотреть, как на диковинку, как на какое-то чудо. С нескрываемым любопытством. Смотрели и взрослые и дети. Все они были очень плохо одеты и босы. Многие шли следом за нами, без всякого стеснения рассматривая нас. Мы спросили мать: «почему они идут за нами?». «Не обращайте внимания. В деревне так принято встречать всех новых людей. Они думают, что мы беженцы, но я многих из них узнаю, думаю, меня тоже узнали, только молчат пока».
На крыльцо волости вышел сам старшина и спросил Степана:
«Ну, кого ты еще привез на мою голову».
«Твоих старых знакомых» - ответил Степан, глядя в землю.
«Здравствуй, Никифор Андреевич» - поздоровалась мать.
«А… Вот кто… Не было печали, черти накачали…».
«Нужда заставила» - сказала мать, не обращая внимания на неприязнь старшины. – «Муж на войне, а мне с ребятами деться некуда».
Старшина вынул из кармана связку ключей, повертел ее и, отделив один, подал матери. Кивнул на дом напротив. «Смотри, не потеряй».
Вещи Степан помог матери затащить в сени, и сказал, что ему пора – к хозяину на расправу. «Ты забыл гостинцы для своей Тани!». Он махнул рукой: «Потом. Сейчас некуда их деть».
На улице было еще светло, а в доме света не было. «Вот беда-то, - суетилась мать, – Как же нам отбить доски с окон? Нужно кого-то просить… Где взять ведро? Вот что, дети, давайте-ка поедим, а потом примемся за дела».
Но поесть не удалось, нам помешал будущий сосед. «Если чем надо, я помогу» - сказал он без предисловий. Мать попросила его отбить доски. «Минутное дело». Вернулся он уже с женой. Мать обрадовалась их предложению помощи. «Нам нужно ведро, только плохое, вымыть все, а то дом зарос грязью». «А чистое ведро у тебя есть? В чем ты воду носить будешь?». Мать созналась, что у нее ничего нет. Соседка ей одолжила. «У тебя муж на войне? Пишет он тебе письма или так не знаешь, что с ним? А моего опять забирают… Он был там, а после ранения долечивался дома. Теперь опять пришла повестка. У тебя деток двое, а у меня четверо, и один меньше другого. У вас там не слышно в Петрограде, когда будет конец этой проклятой войне?» - забросала она мать вопросами.
«По-разному люди говорят. Говорят и такое, что война таким, как мы с тобой, совсем не нужна, а для некоторых она очень нужна».
«Господи, да что ж это за люди, которые ее затевают, - воскликнула соседка. – Вот пусть сами бы и воевали, а то заставляют наших мужиков».
«Спасибо тебе, Настя, от всего сердца спасибо, и твоему Петру - за помощь!».
«Ой, а откуда ты нас знаешь?».
«Я барская, жила в поместье, в людской. Всех, кто живет на вашей сторонке, помню. Я еще маленькая была, когда разносила вам повестки, как их называл наш барин, - кому куда идти работать. Только тогда ты жила не здесь, и фамилия у тебя была не Кузина, а Петрунина, а отца твоего звали Федор».
«Я ведь неграмотная. Если моего мужа опять заберут, и он пришлет мне письмо, то ты можешь мне его прочитать?»