Всю технологию выпечки мать освоила за один раз. Пироги получились очень вкусными, мы их ели с великим удовольствием. Этими пирогами мы расплатились с Анютой, разделив выпечку пополам.
Село большое, состоит из нескольких обществ или сторонок, как их называли. В каждой сторонке есть свой воротила. Наша сторонка звалась Красной горкой. Воротил хоть отбавляй: Максимыч, Грачев, батюшка, фельдшер, учитель, дьякон. На нашей сторонке находилась волость и даже добровольная пожарная часть. Сторонка, названная Большой Паниной, по числу жителей была самая большая, нас с ней разделяла речка. Делами там заправлял сам старшина волости с братом Михаилом, им помогали братья Щербаковы и братья Пахомовы. Сторонкой, называемой Островком, распоряжались братья Свиридовы и братья Алымовы. В том месте, где существует раздел между нашей сторонкой и Островком, слились две речки в одну. Против Островка, за речкой, находилась сторонка, которую звали Новосельцевой, она на правом берегу одной речки и на левом берегу – другой. А Скубиловка, самая дальняя, - за Большой Паниной. Всего-то там дворов тридцать. Дальше, за березовой рощей, - барский дом. Большое село Маслово, на шестьсот дворов.
С фронта пришло от отца письмо. Мать несказанно была ему рада. Писал, что ему полагается два георгиевских креста. Один за то, что вырвался из окружения и спас своего полковника, а второй – за то, что взял какого-то немецкого чина в плен. Мать подумала, что он их, кресты эти, уже имеет и, недолго думая, пошла в волость. Там был только один писарь. Старшина отбыл на неделю в город. Целый день мать работала, напевая себе под нос какую-то песенку, в таком случае дело у нее продвигалось без запинки. Вечером принялась за ответное письмо отцу. Написала все-все: как ехали, как устроились, как хлеб печь научилась, как запасы делает, что уже работает на машинке, есть заказы. Что Грачев выгнал Степана из-за нее, что он нашел новое место, у попа. Все рассказала про старшину. Писала с ошибками, у нее был крупный и разборчивый почерк. Уже был написан шестой лист, а она не видела конца своему письму.
Прошло несколько дней, слухи быстро в деревне расходятся. Мать сразу все поняла, когда на пороге появился старшина. «Чем обязана такой чести?» - поднялась к нему навстречу.
«Ну, здравствуйте, - улыбаясь, сказал старшина. – Раз сама не идешь, то мне пришлось. Просьба твоя, считай, выполнена. На первый случай я выделил тебе два пуда муки».
«А я приходила к вам, Никифор Андреевич, у вас нечем было мне помочь! Вот поэтому и не пошла больше…».
«Что нового на фронте? Говорят, ты получила письмо от мужа?».
«Главное – жив-здоров».
«Разве не приятно жене, когда у мужа вся грудь в крестах?» - старшина надеялся, что она сама расскажет то, что он узнал из сплетен. Но мать сказала:
«Пусть у него лучше ни одного креста не будет, лишь бы сам жив был».
Старшина подумал: «Правду люди бают, у ее мужа их уже два…».
После ухода старшины к дому подъехала телега. Пожилой бородатый мужик, еле передвигая ноги, вошел в дом. Сгрузил два пуда муки. Мужики в деревне не брились, поэтому мы с сестрой всех их считали дедами. Было ему не более пятидесяти лет. Но выглядел, как старик. Он смотрел на яблоки и груши. Мать быстро поняла намек, взяла несколько штук и угостила его. «Вот это другое дело». Не сказав больше ни слова, вышел.
В скорости пришла к нам Соня. Как всегда, с веселой улыбкой сказала «здравствуйте», что никогда не делали деревенские. Ее второе платье было готово, как и наряды для ее мачехи, Полины.
«Моя Люба уже собралась в школу, - сказала мать. – Но меня предупредили, что рано».
«Да, в городе занятия в школе начинаются на месяц раньше, чем в деревне. Потому что здесь все заняты в поле, даже дети, самая уборка. Мы пробовали заставить родителей освобождать детей от работы и посылать их в школу, но у нас ничего не получилось».
«Много ли ребят посещают школу?».
«В основном дети ближайших домов и то первое время, пока не начнутся холода. Детей в деревне очень много школьного возраста, но от начала до конца посещают не более шестидесяти человек. И все из-за того, что им не в чем ходить в школу, у них нет одежды, валенок».