— На аромат голублянки у меня аллергия, жуткий насморк начинается, — доверительно сообщаю виннистеру. — Так что пропустим этот этап. Я бы хотела поговорить с простыми работниками, вы же понимаете, что для главы государства важнее всего люди?! А, кроме того, неплохо бы пообщаться с вами поближе, один на один, точнее, один на два, Совет Одиннадцати не даёт нам такой возможности… Вы же невероятно важный человек, вы фактически кормите, поите и одеваете всю страну! Желательно провести беседу в вашем кабинете, там, где хранятся разные скучные бумаги, отчёты и прочие документы. Вы же понимаете, какая огромная ответственность лежит на ваших надёжных и мощных плечах?! За каждой каплей воды, за каждой горсточкой земли — чья-то жизнь, виннистер Риан, жизнь, за которую вы отвечаете своей единственной и неповторимой жизнью.
— Полностью поддерживаю, — Тельман подъезжает, его камал встает бок о бок рядом с моим. — Не знал, что у тебя такая реакция на голублянку, дорогая. Как раз собирался прихватить букет и украсить им спальню.
— Твою или мою? — тихо спрашиваю я, и Тельман только собирается что-то ответить, но виннистер Риан склоняет голову с некоторой обречённостью.
— Да, конечно, как прикажете. С чего желаете начать?
— С документации, — решаю я. А ну как уничтожит что-нибудь лишнее, если время будет. — А потом совместим беседы и обзорную прогулку. Час гнева…
— В Охрейне не бывает часа гнева, дорогая, — вмешивается Тельман. — В это время здесь идёт дождь! — а потом наклоняется ко мне и говорит, ещё тише, чем я:
— Мне уже страшно. Скоро ты и во дворце потребуешь отчётов?
— Если успею до своего исчезновения — непременно, — отвечаю я, отмечая краем глаза, как улыбка на его лице бледнеет и гаснет, уступая место задумчивости.
Глава 46. Криафар.
Несколько раз, там, в моей земной жизни я проводила вебинары по финансовой грамотности. На самом деле, в этом нет ничего сложного… тем не менее, экономического образования у меня не было, и осилить анализ внушительных стопок документов, сплошь состоящих из унылых сводок цифр за два последних года, подсунутых мне не менее унылым виннистером Рианом и двумя его восхитительно безмолвными и исполнительными помощниками, было бы ой как непросто.
Уж точно не дело пары-тройки часов.
К счастью, обнаружились две вещи, нет, даже три. Во-первых, здоровая и какая-то живительная, вдохновляющая злость при мысли о том, что какие-то сволочи могут позволить себе неустановленное сюжетом мошенничество в моём мире. В моём, до самого последнего камушка! Любовно выпестованном, любовно же разрушенном и буквально собранным, будто пазл, из кусочков воспоминаний, мечтаний и снов, на поверку оказавшимся таким прекрасным во всех его проявлениях.
Во-вторых, Тельман, как ни странно, что-то соображал, и хотя я отчего-то была уверена, что он в лучшем случае застынет надменной свечкой где-то у порога или окна, предоставив мне изучать отчёты и беседовать с виннистером, Вират меня удивил. Взял на себя инициативу, деловито и неутомимо шелестел страницами, задавал какие-то вопросы, и, судя по несколько ромбовидным глазам Риана, даже по делу. Мешать такому изумительному зрелищу, как пытающийся произвести впечатление на даму мужчина за работой, я не стала, но страницами тоже пошуршала. Снова подивилась тому, что понимаю местный письменный язык, возможно, действительно состоящий из кириллицы и арабских цифр, потому что ничего иного я не выдумывала — а может, потому, что находилась в теле знающей его Крейне, и теперь мой мозг лихо конвертировал увиденное под нужды сознания. Искренне попыталась разобраться в документации и сделала всего несколько выводов, крайне неутешительных: судя по отчётам доблестного виннистера Охрейна, результаты функционирования местного Мируша, то есть, рая за последние два года оказались несколько ниже предыдущих, а вот расходы выросли от полутора, местами даже до четырёх раз! Интересно, на что — и по какой причине? Зато — и это была третья радующая вещь — моя интуиция оказалась в кои-то веки на высоте.
Удивительные дела творятся в Криафарском королевстве… Или неудивительные, с учётом того, что монарх первый раз соизволил взять хотя бы что-то в свои красивые аристократические руки. Впрочем, выяснилось, что Вират может не только на беззащитную девушку голос повышать и не только ей угрожать всяческими непотребствами. На мой взгляд, однако, угрозы были излишними, и я потянула Тельмана за край его просторной верхней накидки, превращающей вполне себе европейского монарха в экзотичного восточного принца: