Разница на слух действительно впечатляла. Экономили на благополучии, безопасности и комфорте трудовой деятельности простых работников, на необходимых процедурах по восстановлению плодородия почвы, даже на условиях содержания животных… Фриок, кругленький невысокий мужичок, заведующий финансами, нервно взмахивал тонкими руками, пытаясь вмешаться, оправдаться и объясниться: так или иначе, деятельность каждого из министров была не столь уж автономна, и вопросов накопилось немало не только к единственному пока проколовшемуся взяточнику. Брастер, типчик с прилизанными тёмными волосами, занимающийся торговлей, бегал глазами так сильно, что, казалось, они вот-вот выскочат из орбит и заживут собственной автономной жизнью. Довольно безмятежно выглядел, пожалуй, ответственный за добывающую отрасль виннистер Кравер — то ли и впрямь был честным бессребреником, то ли уже успел всё подчистить. Трайнер, высокий и тощий виннистер по военным делам, откровенно скучал. Ристур — дружелюбный блондин, руководящий взаимодействием с иными странами — с сонной улыбкой поглядывал по сторонам, то и дело встречаясь взглядами со мной, но в глубине его светлых голубых глаз, таких, казалось бы, открытых и доброжелательных, мне вдруг почувствовался острый оценивающий холод.
— Вирата, не желаете ли чего-нибудь добавить к уже сказанному? — во время очередной внезапно расколовшей пространство паузы проговорил вдруг Вират Фортидер, и все, абсолютно все, в том числе, нервный безликий виннистер мирской жизни Преган, уставились на меня.
Захотелось откашляться — или хотя бы залезть под стул.
— Ну…
Да, высказаться я хотела, но вот так, внезапно, оказалась не готова. К тому же, как ни глупо это было, я изначально рассчитывала на присутствие Тельмана, на его поддержку и помощь — какие с лихвой получила в самом Охрейне.
Увы.
— Насколько мне известно, Вирата, именно вы инициировали столь стремительное внеплановое посещение Охрейна, — безжалостно продолжал Вират Фортидер, — У вас были какие-то подозрения? Чем они были вызваны?
— Эм… Не совсем так. Скорее, в отношении Охрейна у меня были планы.
— Планы? — король поднял домиком узкие реденькие седые брови. — Что вы имеете в виду, Крайне?
Не исключено, что сейчас меня закидают камнями — или бросят на съедение камалам за святотатство. Но отступать уже некуда.
— Криафар нуждается в воде и пище, в древесине и тканях. Один Охрейн не покрывает всех потребностей, его потенциал не бесконечен. Тем не менее, это поразительное место, истинный Мируш на земле. Необыкновенный воздух, уникальный растительный и животный мир, но главное даже не это, — виннистеры смотрели на меня как экзаменационная комиссия на не слишком изобретательного школьника, уверяющего всех и каждого, что вот эти вот бумажки с ответами были подсунуты инопланетянами или орденом тамплиеров. Без энтузиазма.
— Я предлагаю приглашать в Охрейн группы обеспеченных турис… гостей из соседних государств. Как в место, благословлённое самими духами-хранителями. Разумеется, нужно принять ряд мер, подготовить территорию, обучить сотруд… Обслуживающий персонал. Организовать угощения. Сочинить прекрасную легенду. Оформить су…вениры, — закончила я уже довольно тихо. Из уважения, вероятно, к моему титулу, присутствующие выслушали меня, не перебивая, но стоило мне замолчать, как они не замедлили с комментариями.
Весьма ожидаемыми комментариями.
— Но, Вирата! Как вы себе это представляете?! Посторонние в Охрейне? Иностранцы в Охрейне?!!
— Регулярные визиты? Это угроза уникальной местной экосистеме!
— Это угроза государству в целом!
— Превратить святое место в подобие разухабистой таверны?!
— Осквернить святыню?!
— Вновь нарваться на гнев духов-хранителей?
Я не знала, кому первому отвечать, возражающих было не так уж много, но эмоции хлестали через край. "Лучшая защита — нападение", — наверное, робкая улыбка на лице нимфоподобной Крейне могла показаться беспомощной и виноватой. Но меня вдруг начали отчётливо раздражать эти самодовольные рожи отъевшихся бездельников и бюрократов, которых, по большому счету, всё вполне устраивало — пока это «всё» удовлетворяло их собственные интересы.
— Если милостивую Шиару и благостного Шамрейна не оскорбляет зрелище умирающих от голода людей, струпов, промышляющих каннибализмом, если им нравится созерцать бесчисленные каменные развалины посреди песка и человеческих костей…