Ладони Рем-Таля легли мне на плечи, неназойливо, словно удерживая от неминуемого падения.
— Отведи меня, — говорю я в полусне. — Я действительно…
— Куда вы хотите?
Странный вопрос. Ах, да, мы же вроде бы поругались с Тельманом… Но его отсутствие меня беспокоит, и я заставляю себя говорить увереннее:
— В спальню Вирата Тельмана. Куда же ещё.
Кажется, про "подкашивающиеся ноги" — это уже не метафора, я действительно медленно опускаюсь вниз, но Страж подхватывает меня на руки и прижимает к себе. Изображение в глазах качается, как в старом сломанном телевизоре, но, открыв всё-таки сомкнувшиеся веки, я обнаруживаю, что мы по-прежнему в кабинете Рем-Таля — и он никуда меня не несёт, только укачивает, словно ребёнка. И его голос, возможно, мне просто снится:
— Чем он лучше меня? — дыхание Рем-Таля обжигало висок. — Почему он всегда и во всём был впереди, он же совершенно ничтожный. Слабый. Никакой.
— Он не лучше тебя, ты прав, ты совершенно прав, — я вырисовываю пальцами узоры и линии на его груди. — Просто он — это он. Так оно и бывает. Дело вообще не в списках достижений. Я ведь его любила, кажется, ещё до того, как увидела. Я сама его для себя создала… как будто, — повторяю, но в глубине души уже не уверена в этом так, как раньше. Каким бы ни был Тельман в моих фантазиях, в реальности он оказался совершенно другим. В чём-то лучше, в чём-то гораздо хуже.
В жизни так тоже бывает.
— Иногда мне кажется, Вирата, что вы вообще создали весь этот мир.
Его пальцы мягко поглаживают мой бок. Вот-вот коснутся груди. Вот-вот мы перейдём грань, на которой сейчас стоим.
Он, конечно же, гораздо лучше, во всех отношениях. Почему это никогда не было весомым аргументом?
— Отнеси меня, — прошу я. — Там больше нет кровати, там есть ковёр.
— Как и здесь.
Несмотря на своё состояние, в этот момент я знаю, что произойдёт дальше с точностью до сотой доли шага. Рем-Таль мягко опустит меня на бордовый меховой ковёр и опустится следом сам.
А потом он меня поцелует, и я никогда никому не объясню, что у меня просто не было сил ему отказать, что всё происходящее — неправильно и странно…
…то, что открывается дверь, я чувствую по потоку ворвавшегося в кабинет прохладного воздуха. Рем-Таль со мной на руках делает шаг куда-то назад, ещё — и, судя по внезапно раздавшемуся в тишине неуместно-оглушающему грохоту, задетая им бутылка в виде змеи с редким силайским вином падает и разбивается вдребезги о каменный пол.
Глава 55. Криафар.
Я просыпаюсь и долго-долго моргаю, пытаясь вспомнить, что произошло накануне.
Вспомнить и понять, где я и что со мной случилось. Эпохальный — в некотором смысле — Совет Одиннадцати, приглашение Рем-Таля, его уютный кабинет, потрясающая бутылка вина в виде змеи, наш разговор со Стражем, моя неожиданная слабость, он берёт меня на руки и…
Ужас какой.
Если сейчас обнаружится, что я вырубилась с одного глотка, а потом переспала со Стражем собственного законного супруга, я точно отправлюсь в мир иной — просто от стыда, совершенно не выдуманного, в отличие от всего этого мира. Да, для Кнары Вертинской подобный поворот событий не стал бы глобальной катастрофой, но вряд ли стоило оставлять Крейне Криафарской такой подарок.
Я ведь планирую оставить её здесь, с Тельманом.
Заметит ли он подмену, а если заметит — будет ли разочарован или наоборот, обрадуется, что взбалмошная супруга снова стала тихой и покорной? Впрочем, стоит мне вернуться по другую сторону экрана, уж я позабочусь, чтобы никто ничего не заметил и все были всем довольны.
Наверное.
И в это "все всем довольны" никак не вписывалась потерявшая сознание и честь Вирата Крейне.
Надеюсь, Рем-Таль одумался — в отличие от меня, он вроде бы оставался в сознании. В сущности, Страж мне действительно нравился…
…Так, лежу не голая — уже кое-что. Но и не в кровати, а на полу. На мягком меховом ковре.
И не одна.
Какая банальщина, никогда у меня даже в книгах такого не было, и вот, пожалуйста — сама вляпалась. Медленно-медленно вытягиваю руку и касаюсь щеки спящего рядом мужчины. А может, всё обошлось?
Кажется, последним кадром в фотохронике моих воспоминаний было ощущение, будто кто-то открывает дверь в кабинет Рем-Таля. А вдруг это был Тельман? И я сейчас с ним?
Его беспутное Величество, удачно и беспроблемно сочетавшее в себе любовь к эротическим приключениям с левыми девицами и крайне собственническое отношение к несчастной одинокой законной супруге, после такой сцены, достойной мексиканского сериала тридцатилетней давности, Стража бы попросту убил.