Спортивное мероприятие практически закончилось. Парень на удивление многих, показал себя отлично, хотя внешне он совершенно не был похож на спортсмена. Настал момент идти домой, спортзал пустел. И вдруг, его подозвал местный физрук, попросив с чем-то — кому-то помочь на уличной площадке.
Выйдя туда, парень пересекся с Аленой. У них был перерыв, но игра еще не закончилась. Слово за слово, и он забыл о просьбе тренера. А когда продолжился футбольный матч — который по просьбе девушек провели по дольше, Жюль ушел в раздевалку.
Надевая клетчатую рубашку, он обратил внимание на лавку. Его взгляд приковала книга. Скорее всего, ее забыл кто-то из ребят, подумал он. Некая чудовищная библиомания, игравшая в его жилах, заставила поднять невзрачную вещь.
«Книга сома — пособие по ужению рыбы». Черно-белое изображение водного создания из названия, украшало серую обложку.
С первых страниц пошли тексты про наживки, схемы по завязыванию крючков и прочие особенности искусства рыбной ловли.
Жюль читал много, он занимался этим часто. И все что только попадет ему под руку — обязательно оказывалось незамедлительно прочитанным. Поэтому, не колеблясь ни минуты, он решил взять пособие себе. А в будущем — может быть найти владельца столь ценной для него находки.
Между тем, у школьных ворот, он, как и обещал — ожидал Алену. Их футбольный матч завершился быстро. Она шла к нему на встречу, ее светло-русые волосы, собранные в пучок, качались из стороны в сторону.
— Ну что, как прошло? — улыбалась она.
— Все так как я и ожидал. Вроде было и интересно, но не так что бы слишком, — признался он. — Думаю, будь ты там, все могло быть веселее, — любезничал парень.
Девушка засмущалась. И разговаривая они пошли вместе домой. Путь был не дальний, километра полтора, но тема разговора так и не иссякла на момент пришествия к дому:
— Так значит ты занимаешься с восьми лет? — спросил Жюль.
— Нет, с девяти, — слегка улыбнулась девушка, — А ты ведь один живешь?
— Ну как, сегодня первый день жить здесь буду.
— Слушай, а можно я сегодня в гости к тебе приду? А то ты так и не рассказал о своих увлечениях, зато я болтала о своем всю дорогу…
— Конечно, буду ждать.
Он приобнял Алену, и пошел к себе. Ему не терпелось прочитать то пособие, что валялось в школьной раздевалке. Поэтому он быстро умылся и прилег на ту старую койку, которая отвратительно скрипела при малейших движениях.
На полу в той малой комнате были уложены стопками многочисленные книги. Все они по нескольку десятков раз были прочитаны Жюлем. И так сильно их страницы запали ему в душу, что любвеобильные родители заботливо перевезли их сюда из города несколькими партиями. Пару сотен произведений — с первого взгляда необходимых скорее для использования в тех же целях что и мебель, равняясь по габаритам со старинными тумбами и трюмо — установленном на узеньком столике.
Учебники, новеллы, дневники, романы и мемуары — конкретика для него абсолютно не была важна. Острая библиомания требовала чтива. Лишь бы буквы собирались в слова, и не обязательно в строчки — главное уловить единственную, центральную мысль предложенного текста. В страхе не понять замысел автора, едва-ли достигнув заключительных страниц, он перелистывал в самое начало, и читал снова, а затем еще и еще… до тех пор, пока сюжет не впечатывался в разум, становился ясен и понятен вплоть до мельчайших подробностей.
Итак, улегшись по удобнее, Жюль с предвосхищением рассматривал обложку: «Книга сома — пособие по ужению рыбы». Он довольно усмехнулся и подумал про себя: «Ну что, буду учиться рыбку удить!»
Хотя на рыбалке он и не был ни разу, не видел даже удочки настоящей в живую, хотя прямо за станицей течет не плохая равнинная речка. А ведь когда он маленьким был, часто приезжал в гости к бабушке. Остальные мальчишки — то и дело бегали за карасиками. А вот Жюль — ни в какую, никогда, сколь бы кто его не звал с собой.
Тем ни менее, сейчас он был в том же доме, где и лежал на старой скрипучей койке, свесив одну ногу на пол для пущего комфорта.
Эпитет гласил: «Титаническая рыба всегда манила своими габаритами многих рыбаков, которые готовы на все, лишь бы выудить свой совершенный трофей!»
И начав читать юноша искренне удивился тому, как подобное, хотя и объемное руководство гармонично сложено автором. Его опыт относительно книг, говорил сам за себя — подобного он еще не касался. Ни один известный ему классик не мог на столько живо пользоваться приемами описания и повествования в целом.
Перебирая глазами слова, он сходу запоминал каждую букву из которых они были сложены и их местоположение относительно друг друга. От чего, в голове странным образом всплывали мысли о прочитанном. Не так как во время обычного чтения бывает, а абсолютно иначе, словно все что он сейчас прочитал, повторно прочитывается тысячи раз у него в голове. И эти невероятно живые образы снастей и методов их использования, вышедшие из этого круговорота дум, казались ему высшей мерой искусства.