Что привалило не ко мне!
Тебя мы молча ревновали,
Сжимая ярость в кулаках,
Когда любимых целовали:
Он — наяву, а я — во снах.
Ты превзошла себя игрою,
Хрипел я: «Бис» и «Бис» во тьму —
То ли от власти над тобою,
То ли от жалости к нему…
+++
Когда я на любви поставил крест,
Меня носили по Союзу черти,
И я со зла без очереди лез
В очередищу за дурацкой смертью.
Я думал: будет лучше мне во мгле,
Чем без любови на Земле — в Тартаре.
Но мы еще с девицами затарим
Грехами наши души на земле…
+++
Ревность — это самолюбие,
Оскорбленное любовью,
Не твоей любовью грубою,
А чужой,
влекущей новью.
Демону однообразия
Жизнь иная бросит вызов,
И летит она — фантазия,
Всплеск души…
не просто близость…
+++
Сковали морозы
Меж мной и тобой
Весенние грозы,
Осеннюю боль.
Сковали и воду,
Несущую сор
Разлук до развода,
Обманов и ссор.
Зима между нами,
Снегов пелена,
Болящая память
Промерзла до дна.
Пусть в нашем апреле
Не стихнет пурга:
Чем злее метели —
Тем чище
снега!
+++
Остались за моей спиною
И гнев, и стыд, и страх, и злость
За все, в чем ты была виною,
За все, в чем грешен я насквозь.
И ты с другим не ладишь где-то,
Я черт-те где ношусь, как вихрь,
И одному мала планета,
Огромная для нас двоих!
+++
У таксиста нос — в веснушках,
У такси — в веснушках нос.
Я лечу в такси с подружкой
В рощу мартовских берез.
Вешним ветром между веток
Столько света намело,
Света мартовских рассветов —
Чистых, звонких, как стекло.
И подснежники-цыплята
Выпуская желтый пух,
Расклевали на полянах
Голубую скорлупу.
И от света ль, я не знаю,
Как подснежник, грудь клюет
Мое сердце, пробивая
И ломая звонкий лед.
Я девичью глажу шею
Непослушною рукой,
Я шепчу: «Не стань моею —
Ты нужна мне вот такой!..»
Я шепчу — она смеется,
Как смеется — аж до слез!
И в окно кометой льется