— Нет, нельзя натравливать ее на беспомощных больных, им и так несладко. А она их просто доконает. Может, обратиться к викарию? Ему нужны были помощники для разных мелких дел.
— К викарию? — встрепенулся Колин. — Нет, мистер Дануорти, вы что? У викария ведь уже я работаю.
— Тогда к священнику из реформистской, — предложил Дануорти. — Он любитель поднимать бодрость духа цитатами из «Мессы чумных времен», так что они с миссис Гаддсон найдут друг друга.
— Сейчас же ему позвоню, — пообещал Финч и удалился.
Дануорти съел завтрак, оставив оладью Колину, и пошел возвращать пустой поднос в столовую, велев мальчику немедленно бежать за ним, если позвонит оператор. Дождь не кончался, с темных веток капало, рождественские гирлянды промокли.
В столовой все еще доедали завтрак, за исключением звонарей, которые собрались в белых перчатках у дальнего стола, выставив на него ручные колокольчики. Финч показывал, как надевать медицинские маски, отлепляя липучки с обеих сторон и прижимая маску к щекам.
— Выглядите вы неважно, мистер Дануорти, — заявила миссис Гаддсон. — Еще бы. Условия в этом коллеже отвратительные. Странно, что эпидемия разразилась только сейчас. Кошмарная вентиляция и на редкость недружелюбный персонал. Ваш мистер Финч просто нагрубил мне, когда я высказала пожелание переселиться к сыну. Мол, я сама напросилась сюда на карантин, поэтому должна жить, где поместили.
В столовую, проехавшись подошвами по полу, влетел Колин.
— Вас кто-то к телефону!
Дануорти попытался разминуться с миссис Гаддсон, однако она решительно преградила ему дорогу.
— Я ответила мистеру Финчу, что он, может, и остался бы дома, бросив своего сына в беде, но я не такая.
— Простите, меня ждут.
— Потому что настоящая мать не станет бездействовать, когда ее сын лежит больной невесть где без ухода.
— Мистер Дануорти! — позвал Колин. — Идемте!
— Вам, конечно, невдомек, о чем я. Вы посмотрите только на этого ребенка! — Она схватила Колина за руку. — Бегает под проливным дождем раздетый.
Дануорти тут же протиснулся мимо нее.
— Вас не волнует, что мальчик подхватит индийский грипп. — Колин вывернулся из железной хватки. — Пичкаете его оладьями и гоняете туда-сюда насквозь промокшим.
Дануорти припустил через двор, Колин за ним.
— Я не удивлюсь, если выяснится, что в вашем колледже этот вирус и завелся, — крикнула им вдогонку миссис Гаддсон. — Вопиющее разгильдяйство, вот что у вас здесь творится! Вопиющее!
Дануорти ворвался в комнату и схватил трубку. Изображения не было.
— Эндрюс? — прокричал он. — Это вы? Я вас не вижу.
— Линии перегружены, — раздался в ответ голос Монтойи. — Видеосвязь отключили. Это Лупе Монтойя. Мистер Бейсингейм по лососю или по форели?
— Что? — недоуменно хмурясь на темный экран, переспросил Дануорти.
— Я все утро обзваниваю шотландских инструкторов-рыболовов. Когда удается пробиться. Говорят, что искать надо в зависимости от того, по лососю он или по форели. Может, через знакомых? Есть в университете кто-нибудь, кто рыбачит с ним и случайно в курсе?
— Не знаю. Мисс Монтойя, простите, я жду очень важный…
— Я все перебрала — отели, турбазы, лодочные станции, даже его парикмахера. Вышла на его жену в Торки — говорит, он ей не сообщил, куда поехал. Надеюсь, это не значит, что он с кем-то ей изменяет, а Шотландия нужна только для прикрытия.
— Вряд ли мистер Бейсингейм…
— Тогда почему никто не знает, где он? И почему сам не объявился, если про эпидемию трубят все газеты и визики?
— Мисс Монтойя, мне…
— Придется, видимо, обзванивать и лососей, и форель. Если отыщу его, дам знать.
Она наконец отключилась, и Дануорти, положив трубку, уставился на экран, не сомневаясь, что Эндрюс звонил как раз во время разговора с Монтойей.
— Вы ведь говорили, что в Средние века много было эпидемий? — подал голос Колин. Он сидел на окне с книжкой на коленях и жевал оладьи.
— Да.
— Что-то я ни одной не могу найти. Как они пишутся?
— Поищи на «чуму» или «черную смерть».
Промаявшись четверть часа у телефона, Дануорти решил сам позвонить Эндрюсу. По-прежнему занято.
— А вы знали, что в Оксфорде была чума? — Подъев все оладьи, Колин принялся за мыльные пастилки. — Под Рождество. Прямо как у нас.
— Гриппу до чумы далеко, — возразил Дануорти, гипнотизируя телефон. — Черная смерть выкосила от трети до половины всей Европы.