Троица объяснила ему, что даже церковь восстала против масонов, когда они объявили о своем объединении.
Замечание казалось уместным и справедливым, но Нико никогда не считал себя глупцом. В средние века было много такого, что вызывало недовольство церкви.
Но Троица не колебалась. Вместо этого они сообщили ему страшную правду. Они рассказали ему о том, что действительно случилось с его матерью в ночь ее смерти.
Глава шестнадцатая
— Прошу вас никому не говорить о том, что это я рассказала обо всем, — прошептала в трубку женщина.
Заправив за ухо непокорную прядку рыжих волос, Лизбет потянулась к крошечному магнитофону, стоявшему на столе. Убедившись, что он подсоединен к телефону, она нажала кнопку «запись».
— Даю вам слово, — пообещала Лизбет. — Это останется нашей маленькой тайной.
В качестве репортера газеты «Палм-Бич пост» Лизбет прекрасно знала о том, что законы Флориды запрещали записывать частные разговоры без согласия собеседника. Но, будучи автором и ведущей светской хроники — самого популярного раздела газеты, — Лизбет знала и о том, что стоит попросить у собеседника разрешения на запись, как он тут же замкнется и оборвет разговор. Кроме того, она должна была слово в слово воспроизвести полученные сведения. Плюс ей необходимо было иметь доказательства на случай, если какой-нибудь адвокат обвинит ее в клевете и диффамации. По той же причине в углу ее крошечного кабинетика стоял миниатюрный холодильник, забитый вином и пивом, а на углу стола красовалось блюдечко с орешками. Кто бы это ни был — коллега-репортер, заглянувший поболтать, или позвонивший незнакомец, — она свято следовала незыблемому правилу, которое усвоила шесть лет назад, когда возглавила рубрику: поддерживай разговор во что бы то ни стало.
— Итак, ваша история, миссис…
— Я всего лишь пересказываю то, что мне стало известно, — упорствовала женщина. — Совершенно бесплатно.
Сделав мысленную пометку, Лизбет нацарапала «профессионал?» в своем блокноте на пружинках. Большинство людей с легкостью попадают в ловушку, когда у них спрашивают, как их зовут.
— Я бы ни в коем случае не хотела, чтобы вы ссылались на меня… — продолжала женщина.
— Я обещаю вам, миссис…
— …и я не поддамся на маленькие ухищрения, которые вы пускаете в ход второй раз подряд, — закончила женщина.
Лизбет зачеркнула знак вопроса, оставив только слово «профессионал».
Собеседница оказалась заслуживающей внимания. Лизбет ощутила прилив охотничьего азарта и принялась раскручивать телефонный шнур наподобие лассо. Когда вращение ускорилось, листочки бумаги, прикрепленные кнопками к правой стене ее кабинетика, затрепетали. Лизбет исполнилось семнадцать, когда магазин модной одежды, принадлежавший ее отцу, закрылся и семью постигло банкротство. Но когда об этом случае написала местная газетенка, выходящая в городке Бэттл-крик, штат Мичиган, досужий репортеришка, сочинивший ее, позволил себе выражение «якобы по причине недостаточного объема продаж», предполагая наличие некоего недостойного умысла со стороны ее отца. В ответ Лизбет написала открытое письмо об этом для школьной газеты. Местная газета перепечатала его вкупе со своими извинениями. Оттуда ее письмо перекочевало в газету покрупнее — «Детройт ньюс». После того как номер вышел в свет, Лизбет получила семьдесят два послания со словами поддержки и сочувствия от читателей со всех концов штата. И сейчас на стенах ее кабинетика как раз и висели эти письма — как своеобразное напоминание о силе печатного слова и наглядная иллюстрация пословицы: «Никогда не знаешь заранее, где найдешь и что потеряешь».
— Тем не менее, — продолжала женщина, — я подумала, что вам будет интересно узнать вот о чем. Хотя официальное сообщение будет сделано только сегодня вечером, Александер Джон, старший сын Джонов, проживающих в Мэйнлайн, получит премию «Золотой ключик» Национального Совета по гуманитарным наукам.
Лизбет уже начала было записывать в блокноте «премия Национального Совета…», но остановилась.
— Сколько, вы говорите, исполнилось Александеру?
— Семнадцать, естественно. То есть исполнится девятого сентября.
— Получается, это премия… для учащегося средней школы?
— Национальная премия. «Золотой ключик».