Глава тридцать вторая
— Вот это? — спрашивает Дрейдель, глядя на распрямленную страничку факса. — Это последнее, что Бойл заказал в библиотеке?
— По словам архивариуса, именно так.
— Но ведь здесь нет никакого смысла, — Дрейдель в отчании хватается за голову. — Я имею в виду, если бы это был файл личного дела… даже служебная записка с описанием нападения, которое пошло не так… Но кроссворд?..
— Как раз это она и отправила: одну страницу с именами на каком-то идиотском мультике о Битли Бэйли, а на обороте — выцветший, почти разгаданный кроссворд…
— Кроссворд… — повторяет Дрейдель. Он изучает вписанные в его поля ответы. — Это совершенно определенно рука Мэннинга.
— И Олбрайта, — добавляю я, вспоминая нашего старого руководителя аппарата сотрудников. — Помнишь? Олбрайт всегда начинал кроссворд…
— …а Мэннниг его заканчивал. — Вновь вернувшись к кроссворду, Дрейдель указывает на каракули и бессмысленный набор букв на полях справа от кроссворда. АМВ, ЯБР, ФРФ… ЯАР… — Что это такое?
— Понятия не имею. Я проверял инициалы, но они не принадлежат никому, кого бы он знал. Честно говоря, все это чушь собачья.
Дрейдель кивает головой, задумчиво глядя на кроссворд и проверяя его для себя.
— Моя мать делает то же самое, когда решает кроссворд. Мне кажется, это простая подстановка букв… проба их сочетаний. — Снова вернувшись к кроссворду, он начинает читать ответы вслух, один за другим. — А что в настоящих клеточках? Что-нибудь интересное?
— Всего лишь непонятные слова с множеством гласных. Сырой… Аральское море… оливковый тиранн, — читаю я сверху вниз, глядя ему через плечо.
— Получается, ответы правильные?
— У меня было всего секунд десять, чтобы взглянуть на него, не говоря уже о том, чтобы разгадывать.
— Они определенно правильные, — говорит Дрейдель, изучая законченную головоломку. — Хотя это вполне может быть тем, что парни из ФБР называли «Троица», — добавляет он. — Может быть, это какой-нибудь номер в кроссворде.
Я отрицательно качаю головой.
— Он сказал, что это группа.
— И все равно она может быть зашифрована в кроссворде. Разглядывая единственную тройку в головоломке, я указываю на четырехбуквенный ответ по вертикали.
— Здесь написано «наем».
— Сокращение от слова «наемник», — оживляется Дрейдель. — Наемник, который знал о том, что должен оставить Бойла в живых.
— Твое предположение притянуто за уши.
— Да как ты можешь так говорить? Может быть, именно этого нам и не хватает…
— Ты хочешь сказать, что здесь каким-то тайным кодом написано: «В конце первого срока симулируйте гибель Бойла, чтобы потом, через несколько лет, он появился в Малайзии»? Перестань городить ерунду. В кроссворде в газете «Вашингтон пост» не может содержаться никакого тайного послания.
— Ну и что это нам дает? — интересуется Дрейдель.
— Ничего, — объявляет из угла женский голос.
Резко развернувшись, я едва не проглатываю язык от неожиданности. Лизбет входит бесшумно, как кошка, и глаза ее обшаривают комнату, чтобы убедиться, что мы одни. Девчонка не глупа. Она знает, что произойдет, если эта история вылезет наружу.
— Это частный разговор, — настаивает Дрейдель.
— Я могу вам помочь, — предлагает она. В руке она держит сотовый телефон. Я бросаю взгляд на ее сумочку и вижу там другой. Сукина…
— Вы записывали нас? Именно для этого вам понадобилось выйти? — взрывается Дрейдель, вскакивая с места. В нем уже проснулся адвокат, готовый к бою. — Во Флориде запись без согласия людей, которых вы записываете, считается незаконной!
— Я не записывала вас…
— Тогда вы ничего не сможете доказать — без записи это всего лишь….
— «И все равно она может быть зашифрована в кроссворде… Наем… сокращение от слова „наемник“, — начинает она, глядя на свою левую ладонь. Голос ее ни капельки не дрожит, сохраняя все то же, внушающее беспокойство равнодушие. — Наемник, который знал о том, что должен оставить Бойла в живых»…. — Читая, она поворачивает ладонь против часовой стрелки. — «Твое предположение притянуто за уши». Могу продолжить дальше, если хотите. Я ведь еще даже не добралась до запястья.
— Вы обманули нас, — выдавливаю я, не в силах пошевелиться.
Услышав обвинение, она возражает:
— Нет, не в этом дело — я всего лишь хотела понять, почему вы мне солгали.
— И решили, в свою очередь, обмануть нас?
— Я не собиралась… — Лизбет умолкает и опускает глаза, выбирая подходящий момент. Это оказалось труднее, чем она думала. — Послушайте, мне… Мне очень жаль, понятно? Но я серьезно… Я могу работать вместе с вами над этим делом.