Славка налил себе ароматный напиток и отпив, кивнул сатиру:
-Классно!
-Так выпьем за то, что каждый нашел себе по вкусу!
Они, шутя, чокнулись и, отпив, принялись за еду. От выпитого у сатира развязался язык. Он болтал без умолку, рассказывая смешные истории из жизни богов. Славка смеялся до слез.
-Все, больше не могу! – стонал он.
-Знаешь, я тоже уже не могу, пожалуй, вздремну! – упав на траву, он тут же захрапел.
-Ну вот, повезло же мне с напарником пьяницей, - подумал Славка и, взяв лепешку, пошел к пегасику.
-Карлуша, иди сюда! – позвал он крылатого коня.
Пегасик, радостно заржав, подлетел к Славке. Отламывая куски лепешки, Славка протягивал их коню. Осторожно, одними губами, пегасик брал хлеб с руки. Скормив всю лепешку, Славка погладил коня, тот, тычась мордой, вдыхал запах одежды.
-Что, не нравится, кожей пахнет, зато очень удобно, ничего, привыкнешь.
Конь, будто понимая, закивал головой.
«Пожалуй, и я вздремну часик», - подумал Славка, вспомнив, что так и не ложился сегодня спать.
Его разбудил ворчливый голос сатира. Спиридон отгонял наглую ворону, которая норовила стащить кусок мяса.
-Кыш, пошла вон! Кыш, кому говорю, вот наглая какая! – он запустил в нее кусок хлеба. Ворона, ловко поймав его в воздухе, улетела.
-Сейчас растрезвонит по всему лесу, что здесь халява есть, отбоя не будет, надо скорее сматываться отсюда.- Эй, Слава, вставай, пора сматывать удочки, рыбалка закончена, сейчас воронье налетит, рад не будешь.
Славка потянулся и сел, взяв кусочек шашлыка, посмотрел на мирно пасущегося пегасика.
-Хватит есть, говорю! Уже давно полдень. А нам еще топать и топать, пардон лететь.
Сатир быстро побросал остатки еды в сумки. Встряхнул скатерть и сунул туда же. Славка поморщился, никакой эстетики, мог бы ее свернуть и аккуратно положить.
-Ну, чего сидишь, лови пегаса, - прикрикнул на него сатир.
Славка встал и пошел к коню:
-Карлуша, иди сюда! – позвал он его.
Пегасик, радостно заржав, побежал к ним. Спиридон быстро вскарабкался на шею пегаса, Славка уселся сзади.
-Но, милай, поехали! – скомандовал сатир.
Но пегасик замотал головой, отказываясь подчиняться.
-Вот упрямая скотина! – воскликнул сатир.
-Карлуша, полетели! – крикнул Славка.
Пегасик кивнув, расправил крылья и взмыл в небо.
-Ишь ты, какой! – удивился сатир. - Однако, чем же это ты его привлек?
-Лаской и хлебушком, - засмеялся Славка.
-Ну да!
-Разве ты не знал, что с животными нужно ласково обращаться?
-Не знал! - почесал в затылке сатир. - Я думал, ему этого и не нужно, выходит, что ошибался. Век живи, век учись. Ночевать на постоялом дворе будем, вернее, я буду! – сказал он.
-Это еще почему? – удивился Славка.
-А пегаса куда денем? Соображай! Это тебе не пегая кобыла, крылья ему не отрежешь, да, и чем меньше про нас будут знать, тем лучше. Ты недалеко в лесочке останешься, а я в разведку пойду, может, чего узнаю, утром при встрече все расскажу.
-Идет! – кивнул Славка.
Они летели уже часа три, когда пегасик стал снижаться. Впереди показалось селение. В рощице, подальше от людских глаз, они устроили привал.
-Все, я пошел! – крикнул сатир, скрываясь за деревьями.
Славка снял сумку и, бросив ее под дерево, отпустил пегасика пастись. Натаскал сухих веток и решил развести огонь, но не обнаружил огнива, видимо, сатир положил его в свою сумку. Плюнув в сердцах, он был рад тому, что сатир оставил ему жареную курицу и пару шампуров с шашлыками. Хорошо еще, что плащ тоже остался в сумке. Выхлопав из него пыль, Славка завернулся в него и уселся под дерево. И, правда, в плаще было очень тепло и уютно, очень легкий и тонкий на ощупь, он очень хорошо держал тепло. Стемнело очень быстро, и Славка незаметно для себя задремал. Вдруг его грудь опалило горячей волной. Спросонья он не сообразил, что же это его так обожгло. Вскочив на ноги, он стал хлопать себя по груди, стараясь избавиться от горячего источника. Рука нащупала шнурок, на котором висел кристалл. Он ярко светился в темноте и был очень горячим.
-«Что за напасть?» – подумал Славка, увидев за деревьями какие-то тени. «Этого мне еще не хватало!» – встревожился он.
Присмотрев большое сучковатое дерево, он побежал к нему и быстро вскарабкался.
Тени не заставили себя долго ждать. Вот одна, а за ней еще трое окружили дерево, где сидел Славка. Темная, свалявшаяся шерсть. Острые когти. Оскаленные волчьи морды с пеной на губах. Срываясь и падая, они старались влезть на дерево. После нескольких безуспешных попыток, порядком устав, они оставили эту затею и, злобно сверкая в темноте зелеными глазами, решили караулить его всю ночь. Вскинув морду, один из оборотней завыл, и к нему присоединились остальные.