- И чем же нам этот Селянин помочь сможет? - спросил я, почувствовав, как и Вольга заинтересовался тем же вопросом.
- Не Селянин, а Микула Селянинович, - одернула меня Василиса, - богатырь знатный. Камни-то не в воздухе висят, а в землице сидят. Уж земля-матушка должна ведать, где эти язвы у нее образовались. Для того нам Микула и надобен, чтобы вызнал он об этом у нее.
Ну да. Меня как будто носом в свое неверие ткнули. К тому же я вспомнил, как к березе запрос отсылал, и какой ответ получил.
- Когда выдвигаемся? - я решил перейти к конкретике.
- А чего ждать, как позавтракаем, так и побежим на поиски Микулы. В гостях я у него не бывала, но в какой стороне искать, примерно знаю. А и язык, он до Киева доведет, при надобности.
- Можно про "побежим" уточнить? - спросил я, справедливо полагая, что речь идет не про марафонский забег на своих двоих, особенно учитывая габариты Вольги, и умение обоих обращаться в зверя. - Почему не "полетим"?
- Есть одна помеха этому, - чуть смутилась Василиса. - Я, в отличие от Вольги, не умею превращаться вместе с одеждой. Да и никто, кроме него, не умеет. Живое в живое обернуть можно, а мертвое в живое - никак. Поэтому одежду, в долгий путь, надобно с собой прихватить. А птице, даже сильному орлу, на далекие расстояние с поклажей не улететь, проверяла. Быстрее будет волком серым по лесам да полям пробежать, устроив узелок на спине, что бы потом к людям выйти в обличие человечьем.
Интересный факт про Вольгу. Стоп. Идея! Я же как раз проверить это хотел.
- А давайте на Вольгу, то есть на нас, попробуем рюкзак одеть с вещами, и обернуться в таком виде. Тогда вопрос сам собой отпадет, лететь или бежать.
Идея понравилась. Беляна выпорхнула за Митричем, организовать поклажу. Правда рюкзака, в моем понимании, у того не оказалось. У них тут вообще ничего для переноса за плечами не оказалось. Только корзины и лукошки, по грибы и ягоды ходить. Митрич сказал, что потом либо за переметной сумой, либо за пестерью (мне перевелось как рюкзак, но само слово я параллельно этому уловил) какой-то сбегает, если надобно будет, а пока мешок пыльный с амбара притащил. Ну да нам для эксперимента без разницы. Мы набили его первой попавшейся утварью, и закинули нам с Вольгой на плечо. Я вывел себе на внутренний экран Вольгу и ворона, и использовал уже опробованную схему помещения человека в птицу.
Беззвучный взрыв, и на меня упало что-то тяжелое, и придавило по всему телу к полу, чуть кости не переломав, и кишки из противоположенных отверстий в теле не выпустив.
Блядь! Вот я дебил! Обратился в ворона, уверившись, что мешок тоже исчезнет. Это же был эксперимент! А в эксперименте что? Может получиться, а может и не получиться. Хорошо, что мы в этот мешок, по большей части, тряпья разного напихали, а не какую-нибудь наковальню положили, тогда бы нам с Вольгой точно кирдык настал бы. Это в теле человечьем, несколько килограмм на плече держать не проблема, а для птицы, чей вес и двух кило не превышает, если этот мешочек с барахлом почти с двухметровой высоты на нее упадет? Не к месту пришло знание, что мой вес в птице 1 680г. Так же появились цифры на моем внутреннем экране. Смахнул его в сторону. Нужно какой-то фильтр придумать, что бы бестолковая информация не отвлекала, когда не попадя.
В общем лопухнулся я. Причем несколько раз. Груз поменьше можно было взять? Можно. Обязательно было в ворона обращаться? Мог бы зверя и покрупнее выбрать. Ну и еще, потому что у Вольги кое-что не спросил. И он не сообразил подсказать, или напомнить. У него-то это на автомате, можно сказать на инстинктах воина, происходит. Про тот самый момент, почему у него при превращении в зверя половина магии остается. При малейшей опасности он обратно в человека обращается. То есть, если бы телом командовал Вольга, то падающий сверху мешок, как и любая опасность, заставила бы его мгновенно вернуться в тело богатыря. А у меня все на картинках, а не на инстинктах. Вот и пришибло птаху небесную.
Я, правда, эту оплошность тут же исправил, выпустив Вольгу на волю. Оказавшись в человеческом теле, я почувствовал, что ушибы, причиненные птице, почти сразу исчезли. Но тут ключевое слово было "почти". Это меня заинтересовало в первую очередь.
Вольга, вдохнув вольного, но тяжелого для него воздуха, убрался мне за спину. Вот это новость. Он сделал это сам, без моего участия. Сживаемся как-то видать.
Я спросил у него о чудном исцелении, и как это происходит. Он ответил, что в теле зверя теряет свою богатырскую силу, оставаясь лишь обычным животным. А в человеческом обличие она к нему возвращается со всеми своими плюшками, в том числе и с быстрым исцелением. Вольга подтвердил мои подозрения, что здоровье возвращается не моментально, и зависит от степени повреждения. Ушибы и легкие травмы для богатыря, тьфу и растереть, он даже не замечет, как они исчезают. Перелом превратиться в онемение конечности на какое-то время, в зависимости от тяжести. Но жить при этом можно, и даже драться. Восстановится все в течение дня. А вот оторванная конечность, случалось с Вольгой и такое, приведет к сильному недомоганию и слабости на долгое время, правда в людском теле все останется на месте, но по ощущениям будет, как раз как будто случился перелом. К счастью, с летальным исходом Вольга еще не сталкивался, но полагал, что выжить сможет. Только навряд ли такое может случиться в спокойной обстановке, так что шансы на выживание в этом случае сильно снижаются. Я прикинул ситуацию, когда это может случиться. Например, летит Вольга в теле птицы, а его картечью, то есть стрелой, в современных реалиях, в задницу, бац, и насмерть. Ну хорошо, хорошо, не в задницу. В передницу. Обращается тут птица в человека, и летит тот, в полусознательном состоянии под действием земного притяжения, вниз. Что там земля-матушка, успеет соломку подстелить под богатыря?