Мы с Вольгой - в виде крестьянина-лапотника, на телеге застеленной дерюгой, под которой были скрыты камешки, размером с кулак, и оружие, подъехали к въездным воротам ровно в тот момент, когда Попович собрал на себя все внимание, выведя на мост Селянина, и начав орать на всю округу про выполненные обязательства. Еще вчера вечером мы решили, что план Поповича нужно доработать. Пропустят его или Селянина внутрь - хорошо, а если нет?
Стражник, что указал мне куда нужно ехать, так и торчал, наполовину высунувшись из деревянной башни над воротами.
- Так там не проехать, не видишь, что ли? - крикнул я в ответ, потыкав пальцем правой руки в стороны развилки дороги и базара, будто там было на что посмотреть, и направляя кобылу на мост, а пока воин перевел взгляд вслед за моей правой рукой, пытаясь рассмотреть на что я ему показываю, моя левая рука запустила камень в его сторону.
Я бы в жизнь не попал ему в голову с левой руки. Вообще не знаю куда бы попал, в стену, скорее всего. Но у меня было тело Вольги, и все его навыки, доведенные до автоматизма. Камень точно угодил в шлем, сбив его с головы, и чуть не размозжив голову стражнику, настолько сильным вышел бросок. Верхняя часть тела человека перевесила, и воин, возможно уже без сознания, свалился вниз.
Все произошло так быстро, что если бы не звонкий звук от удара камня о шлем, то, наверное, другие стражники, увлеченные зрелищем на втором мосту, так и стояли бы, толкая друг друга в бока, пока я ехал мимо.
Услышав непонятный звук все трое обернулись, но двое на звон шлема и шлепок от тела, а один ко мне. Я в это время спрыгнул с края телеги, и подскочил вплотную к стражникам. Тот, что повернулся ко мне и получил еще одним камнем в висок, но не броском, а ударом сбоку. Вольга правильно мне посоветовал работать камнями, так как их не жалко разбивать о защиту, в отличие от рук.
Стражник начал оседать, и свалился бы с моста, но я перенаправил движение его тела в сторону телеги, куда он благополучно и завалился. Оставшиеся двое бойцов поцеловали друг друга в губы. Во всяком случае, когда они очнутся, то вспомнят, как их лица, под давлением моих рук, стремительно приближались друг к другу.
Так я и въехал в город, с четырьмя стражниками в телеге, сваленных в кучу. Мне, в спешке, было не до того, что бы им было удобно. Граждане почти вежливо уступали дорогу, отпрыгивая на обочину.
- Ну-ка, разойдись, пропусти! - покрикивал я, похлестывая конягу, что бы она шла рысью. - К лекарю везу!
По-моему, всем было все равно, куда я везу стражников, но сам факт такого кортежа, заставлял почти без матов пропускать меня, в том числе и встречных воинов, которых правда, всего двое и попалось по дороге.
Достигнув вторых ворот, я аккуратно припарковал телегу, и вытащив из нее мешок с камнями, меч Вольги и меч одного из стражников, выдвинулся на площадку перед въездом. Ни Селянина, ни Поповича за ворота так и не пустили, так что наша предосторожность оправдала себя, а я в, очередной раз спросил, у Вольги:
"Че-то я очкую, ты точно уверен, что мы справимся с десятком стражников?"
"Ты же только что сам четырех уложил, и даже без крови, - напомнил Вольга с усмешкой, - неужто не поверил до сих пор, в мои умения воинские?"
Да уж, честно говоря, я до сих пор был в шоке, как легко получилось пришибить четырех взрослых мужиков. Я особо и не напрягался, лишь обозначал намерения, а тело действовало самостоятельно, на автомате. Ну что ж, приступим ко второй части мерлезонского балета. Как раз какой-то хрен на стене про скуку высказался. Ну сейчас скучно точно не будет. Я ему так и сказал.
Не успели удивленные рожи повернуться ко мне, как булдыганы, размером чуть больше кулака Вольги (а кулак у него с детскую голову), полетели в стоящих на втором ярусе воинов. Вольга, изначально, был против такого подлого приема, мол биться надо честно, я и так стрелы мечами отобью, но я еще вчера разъяснил ему, что означает фраза "че-то я очкую", что бы он своим благородством не испортил все дело. Это, кстати, его самого и навело потом на мысль, как их использовать у выездных ворот, что бы кулаки не сбить. Хотя регенерация у него и так ого-го.
Пара человек улетело за стену, камни удачно попали им в голову, еще трое присело у стены, держась за покалеченные места, остальные начали натягивать луки, и замахиваться для броска копья, но я, подхватив мечи, запрыгнул на первый ярус, подмяв под себя человека у бойницы, который спешно вытаскивал из нее копье, что бы встретить меня с оружием в руках, забыв, что у него на поясе еще висит меч.
Я, конечно, не специалист, но, судя по всему, местные воины были далеко не профессионалы, а скорее всего какое-то народное ополчение. Даже судя по одежде. Кольчуги я не видел пока еще ни на ком, только нечто, напоминающее стеганные ватники, с нашитыми на них металлическими бляшками. Вольга подтвердил мою догадку, сообщив, что любой его дружинник, с детства обученный воинскому искусству, стоит дюжины местных защитников, а уж он здесь, словно лис, забравшийся в курятник.