И тут мы подошли к кульминации повествования, потому что всех уже мучает вопрос: каким же образом раритет оказался у контрразведчика Друцкого? Ответим на него чуточку позднее, а для начала ошеломим читателей весьма неожиданным признанием: ничего из того, о чем мы так увлеченно только что рассказывали, в действительности не было — ни документа из архива Мнишков, где описывался «злат пояс» московского князя, ни письма полтавского помещика, как, впрочем, и его самого, ни Филиппа Луигера, ни клада Мазепы. Все это — лишь хитроумная легенда, разработанная подпольным харьковским ревкомом. А понадобилась она для того, чтобы спасти из уз белой контрразведки двух провалившихся подпольщиков.
Их делом занимался непосредственно сам полковник Друцкий, ревкомовцам наверняка грозила мучительная смерть в застенках, если бы… Если бы руководителям операции по спасению товарищей не пришла в голову мысль о его подкупе. Было известно, что он давно интересуется произведениями ювелирного искусства Древней Руси, и пояс Дмитрия Донского мог удовлетворить его аппетит собирателя и коллекционера. К тому же учитывался и такой момент: войска белых со дня на день должны были оставить Харьков, и у офицеров Добрармии не было никакой перспективы, кроме реально маячившей эмиграции. А там, за кордоном, такая вещь, как золотой княжеский пояс, могла обеспечить безбедную жизнь до конца дней.
Но начальник контрразведки неплохо знал русскую историю, и в том числе, историю пояса Дмитрия Донского, которая обрывалась, как мы уже говорили, в начале XVII в., когда Лжедмитрий I презентовал его своему тестю. Чтобы подтвердить это, подпольщики, располагавшие неплохими возможностями изготавливать любые документы, сфабриковали описание, якобы хранившееся в архиве Мнишков, рисунки и фотографии пояса, а также письмо Кисленко о мазеповском кладе. Все это попало на стол Друцкого, который, ознакомившись с документами, свято уверовал в них. Когда это стало известно ревкомовцам, ему преподнесли и сам пояс.
Полковник, желая на все сто процентов убедиться в подлинности реликвии, пригласил экспертов. Но ревком и тут был начеку, и экспертизу проводили специалисты-подпольщики, в том числе Всеволод Михайлович Санаев, историк и археолог, искусствовед и реставратор, один из основателей Киевского археологического общества «Нестор-летописец». И лишь после этого Друцкий дал приказание освободить арестованных подпольщиков «за отсутствием улик».
Значит, пояс все-таки был? — спросят читатели. Был, ответим мы. Но… фальшивый! Его по фрагментам описаний, сохранившихся в разного рода документах, Санаев изготовил еще в 1914 г. для выставки украшений великокняжеских одежд Древней Руси, а потом он хранился в запасниках. Естественно, в процессе работы применялось лишь сусальное золото, а драгоценные камни заменили обыкновенным стеклом, однако подделка была сработана столь профессионально, что отличить ее от оригинала мог лишь опытный специалист.
Но где же, в таком случае, настоящий пояс? Здесь мнения ученых, как всегда, разделились.
Одни считают, что он был взят в качестве добычи ханом Тохтамышем при его набеге на Москву в августе 1382 г. Известно, что набег этот оказался для русских полной неожиданностью.
Чтобы организовать отпор хану, Дмитрий Донской уехал в свои северные вотчины для сбора войск, а москвичи тем временем, спалив деревянный Посад, сели в осаду в каменном Кремле.
Ордынцы овладели им с помощью хитрости и, ворвавшись внутрь, разграбили все до основания, в том числе и княжескую «Большую казну». Именно тогда, считают сторонники первой версии, и пропал пояс — раз и навсегда.
Но как же быть в таком случае с инцидентом, происшедшим в 1433 г. на свадьбе Василия московского, впоследствии Тёмного? А никак, отвечают те, кто связывает исчезновение пояса с именем Тохтамыша. Никакого инцидента не было, все это выдумки досужих людей. Такого мнения, в частности, придерживался академик Веселовский, называвший рассказ о свадьбе 1433 г. «басней». Заявление в некотором роде странное, поскольку «басня» вошла в летописи.
А кроме того, как в этом свете расценивать духовные грамоты московских великих князей, из которых видно, что «Большая казна» переходила «по эстафете» без всяких потерь вплоть до 1605 г.? Или, быть может, это тоже «басня»?
Вторая версия читателям уже известна — ее приверженцы уверены, что пояс попал к Лжедмитрию I, а от него — к Мнишкам, И нет ничего удивительного, если русская национальная реликвия и до сих пор хранится в каком-либо западно-европейском банке. Или в частной коллекции богатого любителя раритетов. Таких случаев в нашей истории — великое множество. Например, самые дорогие книги мира — Коран султана Омара, залитый его кровью, и «Кодекс Синайтинус», хранившиеся некогда в библиотеке Эрмитажа, давно ушли в чужие руки. Но если за «Кодекс» Британский музей заплатил нам 100 тыс. фунтов стерлингов, то Коран исчез бесследно. Правда, подозревают, что он оказался в собственности еврейского коллекционера Сола Барнато.