В тот же день, а точнее, вечер нападение повторилось. На этот раз его жертвой стал Жорж. Спасаясь от огромного клюва, усаженного острыми зубами, он упал ничком и закрыл голову руками. Едва не задев Жоржа, птеродактиль резко взмыл в воздух и исчез в наступающих сумерках. Оба эти случая содержатся в одном из писем Сандерсона к шведскому натуралисту Бернару Эйвельмансу, известному собирателю сведений о редких животных.
Рассказ о птеродактиле имеется и еще у одного писателя— англичанина Фрэнка Меллэнда. Путешествуя в свое время по Африке, он наслышался разговоров о летающей ящерице по имени конгамато. Было это, правда, не в Камеруне, а в Северной Родезии, но описания животных, которые давали аборигены, совпадали до мелочей. Не зная, что подумать, Меллэнд однажды показал местным охотникам альбом, где находились рисунки птеродактилей. Увидев их, охотники тотчас признали в «портрете» одного из птеродактилей летающую ящерицу конгамото.
И еще один пример.
В 1942 году английский охотник К. Питмэн сообщал: «В Северной Родезии я слышал рассказы о мифическом существе, которое меня очень заинтересовало… Самое поразительное, что большинство признаков этого таинственного животного сближают его с гигантским птеродактилем.
Если конгамото не существует, то откуда взяли примитивные охотники, незнакомые с палеонтологией, свои довольно точные описания доисторического птеродактиля?»
Как видим, все перечисленные случаи произошли в одном месте нашей планеты — в Африке, и это не случайно. Именно в Африке в силу многих причин глобального характера сложились благоприятные условия для выживания там доисторических животных. Африканский континент — единственный, большая часть которого не подвергалась затоплению морем на протяжении последних 500 миллионов лет. Не претерпел существенных изменений и африканский рельеф, тогда как 50 миллионов лет назад остальная суша Земли подверглась сильнейшим геологическим катаклизмам. Не было в Африке и оледенения, которое случилось 100 тысяч лет назад, и когда в результате наступивших холодов погибла вся теплолюбивая фауна в Европе, Сибири и Северной Америке. Эти три фактора позволили африканскому климату сохраниться почти без изменений на протяжении миллионов лет.
Столь же длительно на огромных пространствах Африки произрастают тропические влажные леса, 90 % которых и до сего времени остаются «белым пятном». Что за жизнь царит в глубинах этих лесов — не знает никто. А ведь непознанного на Земле— непочатый край. Человек побывал на Луне, теперь, тратя колоссальные средства, стремится на Марс, но не знает того, что делается у него под ногами. Не изучен океан. Нет целостной картины того, как устроена Земля. Непонятны причины множества явлений, происходящих как вовне, так и внутри нас. Мы даже не знаем, как и когда появился человек разумный, то есть мы с вами, дорогой читатель.
Все это позволяет говорить о возможности существования в наши дни животных отдаленных эпох, хотя официальная наука по— прежнему с зубовным скрежетом встречает любое заявление о том, что не укладывается в привычные рамки. К счастью, число не тривиально мыслящих людей неуклонно возрастает, и это вселяет оптимизм. Но давайте снова вернемся к «вавилонскому дракону». Точнее— поговорим о драконах вообще.
Сейчас на Земле живет множество народов, различных едва ли не во всем — в менталитете, в путях развития своей истории, в верованиях, в обычаях и многом другом. Но есть один определяющий признак принадлежность того или иного народа к земной цивилизации — в его культурном наследии обязательно есть так называемый эпос творения, то есть космогоническое(устное или письменное) сочинение о происхождении мира.
Такие сочинения очень разнообразны, но все без исключения содержат рассказы о ключевых моментах планетарной истории. В качестве примера можно привести свидетельства о мировом потопе, содержащиеся в эпосе всех ныне существующих народов. И это всеобщее знание какого-то ключевого события автоматически исключает его из разряда мифов и легенд, делая объективной реальность.
По необъяснимым причинам нечто подобное произошло и с возникновением в мировой космогонии культа дракона. Загадка состоит в том, что вначале его не было вообще, а был представленный во всех мифологиях символ змея. Олицетворяя землю и воду, а также женскую производительную силу, этот змей, чьи изображения относятся к концу палеолита, по своему внешнему виду напоминал обычных змей, отличаясь от них лишь большими размерами.