Рилай замешкалась. Скажет правду — развяжет ему руки. Но, с другой стороны, если незнакомец сидит здесь давно или видел её в окно во время высадки, то он и сам прекрасно знал, как обстояли дела. Врать, пожалуй, бессмысленно.
«Да, я только прилетела», — подумала девушка и насторожилась, увидев, как мужчина поднялся.
Встав во весь свой немалый рост и прихватив со стола изящный бокал и ведёрко со льдом, из которого гордо торчала горловина тёмной бутыли, тот лёгкой походкой приблизился, отвесив колдунье лёгкий, едва заметный поклон.
— Доброго вечера, мисс, — произнёс он мягко, бархатисто. Впечатлительных юных дев такой тембр мог бы околдовать и безо всяких трюков из арсенала магов-иллюзионистов. — Меня зовут Льюис, и я, если вы позволите, был бы рад разделить ваше общество. Проверка моих документов затянулась, и я изнываю от тяги к общению. С меня — вино и, — он чуть склонился к ней, добавив заговорщическим тоном, как будто собирался изречь то ли пошлость, то ли формулу философского камня, — рекомендации к выбору блюда. То, что вы заказали, боюсь, является малосъедобной комбинацией.
— Меня зовут Рилай, — она легонько покраснела, но кивнула. — И я не против компании. Мне не знакома кухня Фортуны, это был… тычок пальцем в небо.
— Понимаю, — уголки его губ едва заметно приподнялись, и даже так улыбка вышла располагающей. Опустившись в кресло напротив, мужчина заглянул в меню и посоветовал:
— Лучше возьмите медальоны из лобстера. Местный шеф-повар не слишком умело обращается со всем, что не было выловлено из океана.
— Спасибо, но мой заказ уже готовят, — от мысли, что чьи-то старания пропадут впустую, Рилай стало неловко.
— Думаю, он достанется кому-нибудь из персонала, — ещё одна улыбка, и колдунья на несколько секунд залюбовалась лицом собеседника.
Смутившись окончательно, она поспешила отвлечься на официанта, убеждённая последним аргументом. Внесение изменений в заказ не заняло много времени.
Стоило ему отойти, как Льюис сделал сложный пасс под столом и тихо пробормотал цепочку колдовских слогов. Что именно он произнёс, Рилай не поняла, да и не пыталась: слова заклинания всё равно не раскрывали его суть. Куда важнее не то, что чародей говорит или вычерчивает в воздухе, а то, что творится у него в голове: сложные, почти непостижимые цепи взаимосвязей, ментальные конструкции и комбинации, что приводят в движение незримую силу. А жесты и слова — лишь метод концентрации. Необходимый, но далеко не самый ключевой.
— Что вы делаете? — уточнила колдунья.
— Простую завесу, не стоит волноваться. На вас никакого воздействия нет, — обнадёжил иллюзионист, кивнув в сторону скучавшего персонала. — Это для них. Мне выпала приятная и редкая возможность вести беседу с волшебницей, и я предпочту делать это нормально, а не многозначительно замолкать каждый раз, когда речь зайдёт «о том самом». Для остальных наша беседа будет казаться скучной и недостойной внимания.
— Удобно, — признала Рилай.
Его располагающая внешность и безупречные манеры скрашивали беседу, но что-то в этой лёгкости настораживало. Колдунья не теряла бдительность. Перед ней сидел искусный манипулятор, хорошо знающий свои сильные стороны и без стеснения использующий их. А главное — маг Сознания. Пугающе сильный маг.
Льюис ускользал от её восприятия до тех пор, пока сам не пожелал выйти из-за завесы. Он скрывался не за иллюзией — её Рилай почувствовала бы, — а за сложным в освоении заклинанием, из тех, что подавляют внимание, рассыпая мысли и уверяя разум, будто чародея рядом нет.
Обычного человека обмануть несложно — за редким исключением. Но маги, особенно практикующие, годами тренируют волю и сознание, прежде чем смогут хотя бы удержать в памяти простейшее заклинание. Пробраться сквозь их ментальную защиту — совсем другая задача.
Нельзя терять голову. С Льюисом это может быть очень опасно.
— Расскажете, почему решились на побег из империи? — мужчина сложил пальцы домиком.
— Ну… — протянула Рилай, опустив взгляд на меню.
В голове не всплывало ни одного ответа, который звучал бы хоть сколько-нибудь правдоподобно.
История про бурную пьянку, как она поняла ещё на борту, выглядела натянуто. А делиться с первым встречным своими секретами — легкомысленно и опасно. Даже если этот встречный так обаятельно улыбается.
Льюис продолжал смотреть прямо на неё. Неотрывно. В его взгляде не было ни нажима, ни явной враждебности, но от этого становилось только тревожнее. Он просто ждал. Спокойно, терпеливо. Как тот, кто уже знал ответ и хотел посмотреть, соврёшь ли ты ему в лицо.