— У вас какое-то дело, мистер?
— Да, прошу прощения, сэр, — официант склонился, сделав виноватый вид. — Меня просили передать, что при проверке ваших документов возникли трудности, которые необходимо разрешить. Боюсь, вашего присутствия требуют незамедлительно.
— Просто прекрасно, — тот закатил глаза, и на мгновение в холёных чертах его лица проступило иное выражение: гневливое, раздражённое. Но тут же оно исчезло, вновь сменившись приятным лукавством. Он встал из-за стола, протянув Рилай руку ладонью вверх: — Что ж, прошу меня извинить, но, кажется, ужин вам придётся закончить в одиночестве.
— Ничего страшного, господин, — она покраснела, непривычным движением вложив свою ладонь в пальцы мага.
Тот, словно не заметив смущения, склонился к её руке, оставив на коже едва ощутимый поцелуй.
— Вы можете звать меня Луи, мисс. Надеюсь, это не последняя наша встреча.
И, кивнув официанту, удалился прочь, оставив колдунью наедине с лобстером.
Оглядев блюдо, Рилай вздохнула. Что ж, разговор с иллюзионистом, похоже, не обернулся никакими трудностями, но на смену одной проблеме пришла другая: как есть этот маленький кулинарный шедевр, она решительно не представляла.
***
А где-то за тяжёлой портьерой, в полумраке приватного зала, мужчина, почти растворённый в тени, медленно поднёс к губам гранёный бокал. Янтарная жидкость ловила отблески света, танцующие по её поверхности огненными бликами. Он сделал короткий глоток, неспешно, смакуя не вкус, а момент. Горечь обожгла нёбо, но на лице не дрогнул ни один мускул.
— Что скажешь? — его голос прозвучал глухо, как раскат грозы.
Луи ответил не сразу, прокручивая в голове фрагменты недавнего разговора, но в конечном итоге удовлетворённо улыбнулся:
— Она будет нам очень полезна.
Глава 4. За красивые глаза
— Поставьте подпись, — офицер протянул Рилай авторучку, развернув лежавший перед ней лист. — Везде, где отмечено галочкой.
Она растерялась. Проверяющий засыпал её вопросами без остановки уже два часа, заполняя один за другим какие-то бланки и передавая их машинистке за соседним столом. Щелчки клавиш под её пальцами ритмично вторили их беседе, сбивая Рилай с мысли и прогоняя тревогу.
Ну не могут же человеку вынести смертный приговор под такой размеренный, почти успокаивающий аккомпанемент?
После подробного допроса и скрупулёзной проверки немногочисленных вещей и документов, что были при ней, она ожидала худшего. Особенно учитывая, что колдунья не могла внятно объяснить, откуда у неё пистолет без регистрации, а причина, по которой она якобы решила эмигрировать, и вовсе выглядела надуманной.
Просьба офицера поставила в тупик. Заглянув в документы, Рилай окончательно убедилась: это в самом деле разрешение на въезд и проживание без всяких «но».
«Так просто?» — изумилась она.
Эмоция настолько отчётливо отразилась на её лице, что мужчина усмехнулся:
— Вы, я полагаю, ожидали трудностей? — он откинулся на спинку табурета и неспешно достал из ящика сигареты.
Модная зажигалка с треском высекла электрическую искру, и тяжёлый запах табака начал наполнять комнату. Машинистка безо всяких указаний встала и распахнула окно.
— Да, если честно. Без документов и разрешения на пистолет, которые я даже не успела забрать из дома… — пробормотала она.
Проверяющий тихо хмыкнул, выпустив густое облако дыма.
— Вы не в империи, мисс Болейн. Я, конечно, верю, что все бумаги у вас были… — его голос, впрочем, ясно давал понять, что на самом деле он считал иначе. — Но даже если бы вы были беглой преступницей, а пистолет получили за пять минут до посадки на корабль, отняв его у какого-нибудь констебля, — это ничуть не усложнило бы дело. Вы теперь в Альянсе. Нас не интересуют ваши грехи перед короной. Мы даём шанс каждому, кто готов начать с чистого листа.
Он сделал ещё одну затяжку.
— Главное, мисс Болейн, — в его взгляде появилась твёрдость, — не натворите бед уже здесь. Тогда всё действительно будет чудесно. К тому же у нас нет запрета на ношение гражданского оружия. Этот пистолет теперь официально за вами.
Рилай кивнула и торопливо поставила подписи, невольно опасаясь, что мужчина передумает. Но этого не случилось. Быстро пробежавшись взглядом по документам, офицер твёрдой рукой влепил на них несколько печатей, а затем с неожиданно тёплой улыбкой вернул часть бумаг ей: