— Сейчас, — она торопливо вытерла влажные пальцы о ближайшее полотенце и рывком пересекла комнату.
Обнаруженный по ту сторону вчерашний спаситель не вызвал сильного удивления: наверное, просто захотел узнать, всё ли у соседки в порядке. Или познакомиться поближе. Кажется, вчера он вполне ясно продемонстрировал, что ему это интересно.
В дневном свете Рилай могла в деталях рассмотреть мужчину. Высокий и плечистый, он заполнял дверной проём почти целиком. Рыжие, зачесанные назад волосы, чуть растрёпанные на макушке, будто он недавно снял шляпу и не счёл нужным поправить причёску. Густая борода аккуратно подстрижена, что подчеркивало крепкий подбородок и изогнутые в приветливой улыбке губы. На шее и предплечьях виднелись татуировки: мифические змеи в языках пламени. Белая рубашка, расстёгнутая на одну пуговицу ниже того, что в империи считалось приличием, натянута на широкой груди, а закатанные рукава открывали обзор на сильные, жилистые руки.
— Доброе утро, красотуля, — он поднял руку с пакетом, содержимое которого ароматно пахло свежим хлебом и корицей. — Не угостишь чаем? Ты так долго не открывала, что я начал опасаться. Мало ли кто залез в твоё окно, пока ты завтракала.
— На второй этаж? — с явным сомнением уточнила Рилай.
Мужчина не прокомментировал вопрос, но от его взгляда по спине пробежали мурашки. Не похоже, что он шутил.
— Ну так что, побалуемся чайком? У меня для тебя есть предложение.
***
Рилай шагала по тёмному переулку, сжимая полы пальто так крепко, будто ткань могла защитить её не только от вечерней сырости, но и от затаившейся в тенях угрозы. Здесь пахло мочой, разложившимися отбросами и гнилью. Воздух был настолько густой от вони, что вызывал приступы удушающего кашля, заставляя глаза слезиться.
Может быть, те, кто шастал здесь по ночам в поисках лёгкой наживы, обматывали лица платками вовсе не ради анонимности, а просто чтобы не захлебнуться этим смрадом? Учитывая, что констеблей на этой платформе днём с огнём не сыщешь, это предположение казалось вполне здравым.
Здание Скотланд-Ярда располагалось всего в квартале отсюда, но после захода солнца блюстители порядка предпочитали запирать двери изнутри.
Рилай прижала кулак к губам, подавив новый приступ кашля. Если представители закона и впрямь отсиживались из-за этого зловония, то, пожалуй, она их могла понять.
Если бы кто-то сказал ей, что после неприятной встречи с уличными грабителями она добровольно пойдёт прогуливаться по самым злачным закоулкам города, колдунья, не колеблясь, сочла бы собеседника умалишённым. А всё из-за Генри — так представился сосед и спаситель в одном лице, — который предложил поучаствовать в охоте на маньяка.
Соглашаться на опасную авантюру в её планы не входило, как бы обаятельно рыжий не улыбался, но у того нашёлся ворох убедительных аргументов.
Во-первых, убийца нападает исключительно на молодых рыжеволосых девушек. Во-вторых, свои злодеяния он творит с наступлением сумерек. В-третьих, все жертвы жили на этой платформе. Было ещё что-то об активной гражданской позиции и обещании поделиться вознаграждением, но деньги — последнее, что могло замотивировать Рилай принять участие в безумном плане, где она выступает в качестве наживки.
Будто в её жизни не хватало трудностей.
Генри, надо отдать ему должное, рассудил верно: она имела все шансы стать следующей жертвой, учитывая внешние данные и время, в которое будет возвращаться с работы. По этой причине он следил за ней прошлой ночью, желая подкараулить маньяка. Охотник за головами умел двигаться незаметно, используя темноту и груды мусора как укрытие. Когда он сказал, что был вчера рядом с момента, как Рилай перешла мост на платформу, у той от удивления округлились глаза.
Даже сейчас, зная о его присутствии, она не могла отыскать Генри взглядом. Лишь изредка в просветах между переулками мелькал силуэт — каждый раз сердце колдуньи сжималось, прежде чем успокоиться, узнав знакомые очертания. Его невидимое присутствие давало слабое утешение, позволяя удерживать страх под контролем.