Не было ни единого шанса объясниться с соседями, если кто-нибудь особо любопытный застанет её в таком виде.
Дрожавшие пальцы извлекли из кармана ключ, повернули в скрипучем замке собственной квартиры. Как только дверь захлопнулась за спиной, Рилай осела на пол, сползая по деревянной поверхности, как подкошенная.
Перед глазами вспыхнуло видение: красивое лицо, искажённое предсмертным ужасом, искусанные губы, пытающиеся о чём-то предупредить, пустые глазницы, из которых алыми дорожками течёт кровь, оставляя на щеках уродливые следы, похожие на слёзы.
Колдунья сомкнула веки, но картинка никуда не исчезла, она, словно выжженная на их внутренней поверхности, продолжала мучить Рилай. Оказавшись в безопасности и тишине, та ощутила всю тяжесть случившегося: ни долгие часы за препарированием трупов в морге, ни жёсткие ментальные тренировки не готовили к встрече с настоящим кошмаром. Они лишь учили держаться, пока опасность рядом, помогали не поддаваться панике. Но стоило угрозе отступить, как реальность обрушивалась ударом тяжёлого обуха по голове, заставляя задыхаться от нахлынувших разом эмоций.
Рилай опустила на колени голову и беззвучно зарыдала. Она приучила себя плакать тихо ещё в психбольнице. Никаких всхлипов и стонов. Вместо них прерывистое дыхание, дрожь и солёный вкус горя на губах.
Она просидела у двери немало. Слёзы высохли, однако веки всё ещё казались налитыми свинцом. Голова гудела от магического истощения. Сил встать не было — ни физических, ни моральных.
Тишину разрезал шелест, негромкий сам по себе, однако в сгустившем воздух молчании он неизбежно привлекал к себе внимание. Рилай медленно подняла голову.
На кухонном столе замерла крыса. Не трусливая дворовая тварь, а важная особа, сложившая лапки на округлившемся брюшке и смешно топорщившая усики. Чёрные бусины-глаза изучали колдунью без тени страха. Она не боялась хозяйку квартиры и, как показалось той, что-то приветливо пропищала. Странное дело, но этого хватило, чтобы ком в горле начал рассасываться.
Рилай глубоко набрала в лёгкие воздух. Пальцы сами собой вычертили в воздухе магический пасс, — это заклинание практически не требовало сил, — после чего колдунья спросила:
— Привет, маленькая, — голос звучал хрипло, однако по крайней мере не дрожал. — Как тебя зовут?
Крыса не продемонстрировала и капли удивления, только повела маленьким носиком и подступила к краю стола. Глазки сверкнули с почти человеческой хитрецой, хотя улыбнуться по-настоящему та, конечно же, не могла:
— Ты уже спрашивала меня об этом. У вас, у людей, совсем короткая память?
Она не произнесла этого вслух, только наклонила мордочку. Весь диалог происходил на языке магии: древние заклинания преобразовывали сложные человеческие мысли в простые образы, понятные животному сознанию. В обратную сторону работало то же колдовство: примитивные звериные импульсы обретали в разуме Рилай подобие связной речи. Это был странный симбиоз — интеллект человека и инстинкты зверя, соединенные мистической энергией.
Колдунья чувствовала, как заклинание пульсировало в висках, создавая хрупкий мост между двумя столь разными сознаниями. Магия компенсировала ограниченность звериного разума, как очки помогали человеку со слабым зрением лучше видеть.
— Ты права. Мы, люди, глупые создания, — улыбнулась Рилай.
Кто бы мог подумать, что первой, от кого она узнает, чем занималась вторая личность, будет крыса. Колдунья поднялась.
— Напомни, пожалуйста.
— Ззарразза, — гордо произнесла крыса.
— Зараза?
— Ззарразза! — она возмущённо топнула лапкой. — Так в нашей стае зовут тех, кто не боится добывать еду на кухне. Я не боюсь.
— У меня ты тоже хотела что-то взять? — Рилай перевела взгляд на яблоки, которых точно не было, когда она ложилась спать.
— Ты разрешила.
Она плавно, чтобы ненароком не спугнуть собеседницу, подошла к столу, опустилась на стул, и дерево под ней жалобно скрипнуло, но выдержало. Пальцы бессознательно забили дробь по сухой столешнице.
— Расскажи, что я делала вчера?
Снизу послышался тихий писк:
— Тебя практически весь день не было, — в ногах обнаружилась ещё одна крыса, поменьше.
— Да, — подтвердила Ззарразза. — Ты проснулась утром, ушла, вечером вернулась, что-то забрала оттуда, — крыса повела мордочкой в сторону кровати, и сердце Рилай пропустило удар. Именно там, под матрасом, она прятала артефакт. — Снова ушла и вернулась поздно ночью.