— А когда проснулась, то очень ругалась, а потом снова куда-то убежала, — подсказала вторая крыса. — Меня зовут Шш, кстати, — представилась она, страшно обидевшись, что человек не спросил её имени. — Этот звук издают мои лапки, когда я крадусь.
Рилай подошла к кровати. Каждый шаг давался с усилием, ноги внезапно стали ватными. Дрожащей рукой она приподняла край матраса.
Шарик исчез.
Она замерла, чувствуя, как злость смешивается в груди с липким комком ужаса. Шестое чувство сразу дало понять: с артефактом не всё в порядке, а теперь его нет, а колдунья так и не успела ничего предпринять, чтобы узнать его свойства.
«Зачем?» — пронеслось в голове.
Записка ясно указывала: доставить в бар третьего августа. Неужели другая она решила помешать ей и спрятала шарик? Или её тайные союзники поменяли планы?
Пальцы впились в край матраса, оставив вмятины на выцветшем белье. В комнате внезапно стало душно, хотя сквозь щели в раме пробивался ночной холодок.
Слишком рано Рилай решила, что хоть что-то начала контролировать.
— Почему ты грустишь? — спросила Шш и положила на её сапог крохотную лапку.
— Если хочешь, можешь спать сегодня с нами в норе, — деловито, но заботливо предложила Ззарразза.
Рилай невольно рассмеялась. Эти трогательные, по-звериному наивные предложения растопили лёд в груди. Губы сложились в улыбку.
Она вежливо отказалась. Но позже, когда тёплая вода смывала с кожи следы пережитого кошмара, а затем и в постели, она не переставала беседовать с новыми знакомыми. Их пискливые голоса доносились из-под плинтуса, рассказывая о крысиных делах: о войне с тараканами за кухонные запасы, о тайных ходах в стенах, о смешной птице в квартире этажом выше.
Рилай установила правила: никаких туалетных дел по углам и прогулок по столам. А взамен пообещала регулярно оставлять еду у входа в нору и, что важнее, отговорить хозяйку доходного дома заводить Великого и Ужасного кота.
Разговор затянулся до рассвета. Одна за другой из щелей появлялись любопытные мордочки: тётушки, двоюродные братья, даже почтенная крысиная матрона заглянула на огонёк. Когда колдунья наконец закрыла глаза, в комнате стояло тихое шебаршение десятков маленьких лапок.
***
— Так ты, говоришь, просто студентка? — осведомился Генри, всем своим видом излучая ироничное недоверие.
Рилай протянула ему чашку, и её пальцы едва заметно дрогнули. Она старательно изобразила недоумение, но внутри всё сжалось в тугой комок. Врать она не умела и слишком хорошо это знала. Аромат душистого травяного чая наполнял комнату подобием уюта, в который слабо вписывался вооружённый охотник за головами. Тот раскинулся на табурете за столом, красуясь крепкими загорелыми руками, хорошо видимыми из-под белой майки, и блистал ухмылкой, слушая о похождениях колдуньи.
— А что не так?
Генри принялся загибать пальцы:
— Ну, давай посчитаем: ты ночью отыскала путь от тела до места преступления…
— Мне повезло, — вставила Рилай, оправдываясь, пока её уши горели, как два сигнальных огня.
— Осмотрелась там, спряталась от убийцы в каморке, какого, говоришь, размера? Три на три? Потом выбралась из запертого и горевшего здания…
— Он неплотно закрыл дверь.
— Догнала его, проследив до машины, и умудрилась следовать за ней до его дома.
— Меня подвёз таксист, — выдавила колдунья, чувствуя, как тщательно продуманный план расползался по швам.
— Забралась в богатый дом, а потом учуяла запах бензина от одной из дверей и вернулась сюда, — закончил Генри. По ходу перечисления ему пришлось перейти с загибания пальцев одной руки на вторую, и он показательно выставил их перед Рилай как доказательство. — Не многовато ли для студентки?
Она поджала губы. Пришлось строить рассказ о ночных похождениях, вырезая из него всё, что хоть как-то касалось магии, иномирцев или сверхъестественного: Генри непосвящённый, и малейший намёк на тайную сторону мира мог обернуться для неё катастрофой. Даже если он поверит, раскрытие секрета означало бы нарушение прямого запрета Ордена, за что следовало строгое наказание. Конечно, в экстренных случаях рыцари смягчали меры и могли закрыть глаза на вынужденное разоблачение, но текущая встреча явно не подпадала под эти «чрезвычайные обстоятельства».
Даже с использованием колдовства ночная авантюра потребовала от Рилай максимума удачи, сил и хладнокровия, а без оных, пожалуй, в неё и правда сложно поверить.