— Демонолога? — колдунья отвлеклась от изучения узора на паркете и подняла удивлённый взгляд на аристократа. — Но демонов ведь не бывает.
Она помнила уроки рыцаря де Бовуара, вбивавшего в голову ученицы аксиому: ни богов, ни демонов никогда не существовало на Земле. Лишь могущественные чародеи и иномирцы, чьё влияние в прошлом отразилось на фольклоре разных народов. Цензура Ордена не смогла вычеркнуть из истории целые эпохи, когда магия не являлась для людей тайной, но помогла замаскировать особенно отчётливые следы под сказки и суеверия.
Несложно представить, почему в глазах простого человека целитель, снимающий одним мановением руки все хвори, казался посланником небес, а клыкастая тварь внушала ужас.
Это что, спонтанная проверка её знаний? В такое-то время? Рилай скрестила руки под грудью и нахмурила брови, разом вспомнив о своей неприязни к аристократу.
Граф неторопливо вскрыл конверт ножом для бумаги. На столешницу выскользнуло несколько листов с машинным текстом, заверенных печатью.
— Для владения этой информацией требуется повышенный уровень допуска. Для вас же нам приходится, — с раздражением подчеркнул он, — сделать исключение, так как вы даже не рыцарь, а просто стоите у нас на учёте. Надеюсь, мне не нужно объяснять, что вы обязаны держать в секрете всё, что услышите здесь?
Колдунья неуютно кивнула, проводя кончиком языка по пересохшим от волнения губам. Тяжесть возложенной на плечи ответственности навалилась моментально. Она чувствовала себя ребёнком, допущенным до взрослого разговора, последствия которого были не до конца ясны и оттого пугали ещё сильнее.
— Ознакомьтесь, — граф движением ладони пододвинул документы к краю стола.
Рилай взяла их так осторожно, словно листы могли рассыпаться в прах от одного неловкого прикосновения. Взгляд скользнул по строкам. Перед ней лежал отрывок из Кодекса. Она узнала страницы по характерной нумерации абзацев и сухой, лаконичной манере изложения. Но когда наставник заставлял её штудировать строгий свод правил, там точно, абсолютно точно не было ни слова о демонах.
Здесь же, сразу после заголовка, следовало длинное, преисполненное пафосом предостережение. В нём говорилось о бремени страшной тайны, о непоправимом уроне для устоев мира и неизбежном хаосе, который последует за разглашением этой информации.
Затем шёл пугающе детализированный перечень мер наказания для рыцаря, осмелившегося нарушить обет. Статьи различались по тяжести: за непреднамеренную утечку информации — позорное разжалование и пожизненная ссылка в один из удалённых форпостов; за умышленную передачу сведений посторонним — лишение магического дара и каторжные работы; за предательство в пользу врага — казнь.
И только после мрачной прелюдии, в самом низу страницы, начинался основной текст. Он оказался на удивление скупым, изобиловал купюрами и общими формулировками. У Рилай закралось подозрение, что из версии, подготовленной для неё, цензор тщательно вычеркнул всё, что могло бы дать реальное понимание природы этих существ, оставив лишь разрозненные обрывки.
— То есть… демоны — это не иномирцы? — уточнила колдунья, когда дочитала последнюю строку.
— Их измерение, чем бы оно ни было, является частью нашего мира. Как астральный план, но людям туда входа нет. Во всяком случае, мне не известно ни одного случая, когда кому-либо удалось отыскать путь.
Рилай опустила взгляд обратно на страницы. Возможно, аристократ говорил правду. А возможно, у неё просто нет необходимого уровня допуска, чтобы узнать больше. Сейчас её это волновало меньше всего. Она пыталась понять, что происходит с ней, а не исследовать карманное измерение, о котором узнала пять минут назад.
— Значит, я, по-вашему, могу быть этим одержима? — как же ей хотелось услышать твёрдое «нет».
— Специалист осмотрит вас послезавтра утром, тогда мы и узнаем, — граф даже не предпринял попытки ободрить.
— Это можно перенести на вечер? — робко уточнила Рилай. — У меня смена в клинике доктора Штейна.
Аристократ медленно поднял голову — в тёмных глазах вспыхнули грозовые разряды, заставившие её вжаться в спинку стула:
— У нас на носу теоретическая катастрофа невиданного масштаба, — он смотрел так, будто она только что предложила потушить пожар чашкой чая, — а вы опасаетесь прогулять работу?
Рилай почувствовала, как стыд заливает щёки жаром, покраснела и отвела взгляд, уставившись на очередную трещину в паркете.