Мститель хмыкнул, хрюкнул и поднял ружье…
Женщина на пороге дома закрыла рот руками, чтобы не закричать, и отпрянула назад, ударившись при звуке выстрела об дверную ручку спиной.
Сосед-вражина взмахнул руками в воздухе и уткнулся носом в картофельную ботву.
— А ты че пялисси? — повернулся к жене удовлетворенный убийца. — А ну марш домой!.. Так этому гаденышу и надо…
— Ты с ума сошел, — чуть слышно выдавила из себя женщина, но муж услышал и грозно насупился.
— Ты что-то сказала, дура? Да я весь… всю жизнь мечтал об этом дне!
— А если посадят? — Она схватилась рукой за косяк и втянула голову в плечи, ожидая оплеухи.
Муж замахнулся, но увидел ее затравленный взгляд и опустил уже занесенную для удара руку.
Сегодня он был победителем, а значит — имел право прощать.
— Ха, посадят, — пророкотал он зычным баском. — А фиг тебе! Сейчас закон вышел, что констрикторов этих любой имеет право бить. А что он «поплыл» — ты свидетель. Усекла? А нет, так смотри, я тебе голову-то мигом могу отвертеть… иди потом, доказывай, кто да что!
Утро встретило компанию бритоголового нежным туманом. Ночевали они в парке, разбив небольшой, по очереди охраняемый лагерь. Мелкая речушка да пара почти условных еще более мелких каналов отделяли парк от пригорода, куда «охотники за зомби» и направлялись. Там среди низкорослых домишек расположился скучный серый забор химического завода. Туман возле него казался особо густым.
В домах было тихо — заглядывать туда не стали, а вот забор и заводские корпуса за ним привлекли внимание вожака всерьез.
— Эй, Селедка, — ткнул он локтем одного из толпящихся за спиной «шестерок», — ну-ка проверь!
Названный Селедкой парень живо нырнул в ворота, держа наготове ружье. Некоторое время все молча ждали, потом покрытая рыжеватым пушком голова вновь возникла в воротах.
— Есть. Целая толпа, — с готовностью сообщил разведчик.
— Вперед!
На этот раз «Бей зомбей!» не кричали: было раннее утро, и охотники не успели войти в раж, кроме того, лозунг порядком поднадоел им еще за вчерашний день.
Шли хмуро и деловито, как на тяжелую, неблагодарную работу. Констрикторов удалось обнаружить не сразу: те почему-то собрались в кучу и странно копошились на одном месте — видно, надышались чего не надо, хотя и надели противогазы…
Ремонтная бригада работала неторопливо — разгерметизация в баллонах наступала быстро, и, оставшись без контроля, едва ли не каждый второй дал течь. Так что возни хватало. Кроме того, любой, хоть раз надевавший полный костюм химической защиты, знает, какими неловкими становятся в подобном одеянии руки и как быстро ноги наливаются тяжестью, не говоря уже об «удобствах» противогаза. Там, где обычный человек затратил бы на дело минут пять, аварийщикам приходилось корпеть около получаса. Но все же работа шла: баллоны отключались от компрессоров, а распаявшиеся под давлением стыки заливались быстро твердеющей пластмассой.
Никто из ремонтников не понял, что означает появление вооруженной чем попало толпы, даже выставленный «часовой», чьим делом было предупредить о возможном появлении констрикторов — эти больные почему-то не слишком рвались на завод, быть может, инстинктивно чувствуя свою особую подверженность действию ядовитого газа, — не знал, как отреагировать, когда мимо него на скорости отнюдь не констрикторской промчалось несколько человек с ружьями, топорами и различными экзотическими видами оружия самозащиты.
Главного техника сбили с ног ударом приклада — маска противогаза заглушила его крик, позволяя неожиданным агрессорам так же тихо и незаметно для основной группы убить еще нескольких ремонтников; затем жертвы запаниковали, засуетились и довольно быстро начали оказывать сопротивление. Против багров и ледорубов в ход пошли ремонтные инструменты — но не людям в костюмах химической защиты тягаться в скорости с легко одетыми «охотниками за зомби»! Тех, кто пытался спастись бегством, догоняли пули. Они пробивали тела насквозь, врезались в баллоны, и воздух белел все сильнее. Ноги скользили по липкому от крови полу, вскоре стрелять стало невозможно — из-за дыма лица с трудом можно было различить в двух шагах. Кто-то падал, поскользнувшись, кто-то начинал кашлять и тоже падал. Вставали не все. Иной раз под ноги охотникам, сбившимся в группку тесную и явно более мелкую, чем вначале, попадались человеческие конечности.