— Нет, — ответил я. — Это нормальное человеческое поведение. Я многократно говорил, что человеку необходимо поделиться с кем-то своими проблемами, но, когда дело доходит до меня самого, я обычно решаю их самостоятельно.
— В самом деле? Я кивнул.
— Сейчас вы в процессе чего-то подобного? Я посмотрел на Эллисон.
— У вас грустные глаза, — сказала она.
— Да, я пытаюсь кое-что решить, — признался я.
— Ну, тогда мы товарищи по несчастью. Наверное, лучше всего на этом остановиться.
Она встала и подошла к двери.
— Я уже вам говорила, вы прекрасно умеете слушать, сэр.
— Профессиональные навыки.
— Вам помог мой рассказ? Информация о том, что Ларнер был рассержен из-за Уилли Бернса?
— Да, — ответил я. — Большое спасибо. Я понимаю, каким тяжелым испытанием стал для вас наш разговор.
Она улыбнулась:
— Не испытанием, скорее переживанием. А что тревожит вас — это не связано с Кэролайн Коссак или Уилли Бернсом, не так ли?
Я покачал головой.
— Извините, — сказала она. — Не буду больше совать нос в чужие дела.
Эллисон потянулась к дверной ручке, и ее плечо коснулось моей руки.
Короткое прикосновение словно ударило меня током. Я вдруг ощутил мощную эрекцию, мне с трудом удавалось контролировать дыхание. И не коснуться Эллисон.
Она смотрела на меня. Я не уловил напряжения в ее огромных голубых глазах — лишь нежность, печаль, возможно, желание.
— Это вовсе не было испытанием, — сказала она. — Вы все говорили правильно. Вот вам еще одно признание: я бы хотела встретиться с вами еще раз.
— И я тоже.
Я улыбнулся и пожал плечами, она сделала то же. Зеркальное отображение любезности.
— Вы тоже, но… — сказала Эллисон. — Это уже нечто, верно?
Я кивнул.
— Ну, тогда в другой галактике, кто знает, Алекс? Вы очень симпатичный человек. Удачи вам.
— И вам удачи.
Эллисон распахнула дверь. И продолжала держать ее открытой, пока я шел по коридору.
ГЛАВА 24
На следующее утро Майло проснулся рано, в его сознании мелькали лица людей, которых он видел около «Львиной крови».
Слишком много вариантов, у меня не хватит сил и времени, чтобы все проверить.
Спотыкаясь, он побрел в ванную, принял душ, побрился, схватил первую попавшуюся под руку одежду, включил кофеварку и посмотрел на часы. Семь тридцать. Три часа назад Рика срочно вызвали в больницу. В темноте Майло наблюдал, как Рик быстро одевается, берет ключи от машины и шагает к двери.
Потом Рик остановился, вернулся к постели и поцеловал Майло в лоб. Майло сделал вид, что спит, потому что ему совсем не хотелось разговаривать.
Вчера они допоздна засиделись на кухне за столом. В основном говорил Майло, а Рик слушал, сохраняя внешнее спокойствие, но Майло знал, что он потрясен стычкой с Пэрисом Бартлетом и слухами о ВИЧ. Никогда прежде работа Майло не затрагивала их личную жизнь.
Майло постарался его успокоить, Рик кивнул, пожаловался, что ужасно устал, и заснул в тот момент, когда его голова коснулась подушки.
Майло убрал со стола картонки с едой из китайского ресторана и тарелки, после чего улегся в постель рядом с ним, но не мог уснуть и еще целый час прислушивался к ровному дыханию Рика и размышлял.
Коссаки, Уолт Обей, Ларнер-младший, Микроб Бацилла, Алмазный Джим Хорн.
Плюс игрок, который так и не появился. Он ясно видел его лицо стоика, эбеновую маску.
Улыбчивый Бартлет, личное расследование и слух о ВИЧ говорили о том, что тут не обошлось без Джона Дж. Брусарда.
Он вспомнил Брусарда — ощутил аромат цитрусовой туалетной воды в комнате для допросов, двадцать лет назад. Костюм, сшитый на заказ, уверенность в себе, полный контроль над ситуацией. Он и его розовый приятель — Поулсен. Майло понятия не имел, что произошло с его карьерой, но вы только посмотрите, как высоко забрался Джон Дж.
Белый и черный составили одну команду, и верховодил в ней черный.
Черный продвигался по службе очень быстро — и это в расистском управлении полиции Лос-Анджелеса. Из чего следовало, что Брусард умудрился загарпунить всех нужных китов. Наверное, воспользовался информацией из бюро служебных расследований, чтобы обеспечить себе поддержку.