Трудность эволюции политического суверенитета от уровня семьи до уровня всего человечества заключается в том сопротивлении, которое оказывает инерция, проявляющаяся на всех промежуточных уровнях. Семьи порой бросали вызов своим кланам, а действия кланов и племен часто бывали губительными для территориального государства. То, что является опорой на предыдущих этапах развития политической организации, всегда служит (и всегда служило) помехой и препятствием для каждого нового, поступательного развития политического суверенитета. И так происходит потому, что однажды мобилизованная человеческая приверженность плохо поддается изменению. Та же лояльность, которая делает возможной эволюцию племени, затрудняет эволюцию сверхплемени — территориального государства. И та же лояльность (патриотизм), благодаря которой возможна эволюция территориального государства, чрезвычайно усложняет эволюционное развитие управления всем человечеством.
Политический суверенитет создается из отказа от самоопределения — сначала индивидуума в пределах семьи, затем — семей и кланов по отношению к племени и более крупным группам. В целом, эта постепенная передача самоопределения от меньших групп к всё более крупным политическим организациям протекала на Востоке с неослабевающей силой со времени появления династий Мин и Моголов. На Западе этот процесс продолжался более тысячелетия, вплоть до окончания мировой войны, когда злополучное ретроградное движение на время нарушило эту нормальную тенденцию, возродив исчезнувший политический суверенитет многочисленных малых групп в Европе.
Прочный мир воцарится на Урантии только тогда, когда так называемые суверенные государства осознанно передадут всю свою суверенную власть братству людей — всемирному правительству. Интернационализм — лиги наций — никогда не сможет дать человечеству прочного мира. Всемирные союзы наций смогут успешно предупреждать локальные войны и удовлетворительно контролировать малые государства, но они не предотвратят мировых войн, как не смогут они контролировать три, четыре или пять сильнейших правительств. В случае настоящего конфликта, одна из этих мировых держав выйдет из Лиги Наций и объявит войну. Невозможно избежать войн до тех пор, пока нации заражены обманчивым вирусом государственного суверенитета. Интернационализм является шагом в правильном направлении. Международные полицейские силы смогут предотвратить многие малые войны, однако они будут неэффективными для предотвращения крупных войн — конфликтов между великими военными державами земли.
По мере сокращения числа действительно суверенных наций (великих держав), увеличивается как возможность, так и потребность во всемирном правительстве. Когда в мире остается лишь несколько действительно суверенных (великих) держав, то они должны либо вступить в смертельную борьбу за государственное (имперское) превосходство, либо — за счет добровольной передачи некоторых прерогатив суверенности — создать принципиальное ядро сверхгосударственной державы, которая послужит началом реальной суверенности всего человечества.