Этот мощный возглас воодушевил Петра и тех апостолов, которые всё еще надеялись увидеть Иисуса, заявляющим свои права на владычество. Однако этим ложным надеждам суждено было вскоре развеяться. Не успело умолкнуть эхо от криков людей, отраженных соседними скалами, как Иисус взобрался на огромный камень, поднял правую руку и, заставив толпу стихнуть, сказал: «Дети мои, ваши намерения благи, но вы близоруки и мыслите материально». Наступила небольшая пауза; этот галилеянин величественно возвышался в чарующих закатных лучах восточного солнца. Всё в его облике было от царя, когда он продолжил свое обращение к затаившей дыхание толпе: «Вы желаете сделать меня царем не потому, что ваши души озарены великой истиной, а потому, что ваши желудки наполнены хлебом. Сколько раз я говорил вам, что царство мое не от мира сего? Царство небесное, которое мы провозглашаем, есть духовное братство, и никто не властен над ним, восседая на материальном престоле. Мой небесный Отец является всемогущим и премудрым Властителем этого духовного братства Божьих сынов на земле. Неужели так плохо раскрыл я вам Отца духов, что вы готовы сделать царем его Сына во плоти! Ступайте же все по домам. Если вам нужен царь, пусть в сердце каждого из вас воцарится Отец небесных светил как всеобщий духовный Властитель».
После этих слов Иисуса толпа разбрелась, ошеломленная и повергнутая в уныние. С того дня многие из тех, кто верил в него, отвернулись от Иисуса и более не следовали за ним. Апостолы лишились дара речи; в молчании смотрели они на двенадцать коробов с остатками еды; только их подручный, юноша Марк, произнес: «И он отказался стать нашим царем». Прежде чем уйти в одиночестве в горы, Иисус повернулся к Андрею и сказал: «Возвращайся со своими товарищами в дом Зеведея и молись вместе с ними — особенно за твоего брата, Симона Петра».
4. НОЧНОЕ ВИДеНИЕ СИМОНА ПЕТРА
Оставшись без своего Учителя, отправленные назад одни, апостолы сели в лодку и в молчании погребли в сторону Вифсаиды на западный берег озера. Больше всех из них был повержен и сломлен Симон Петр. Они почти не разговаривали; каждый думал об Учителе, находившемся в одиночестве в горах. Неужели он бросил их? Никогда прежде он не отсылал их всех прочь, отказавшись остаться с ними. Что всё это могло означать?