Они шли через Галилею; уже давно миновало время обеда, и они остановились в тени, чтобы подкрепиться. Когда они завершили трапезу, Андрей, обращаясь к Иисусу, сказал: «Учитель, мои братья не понимают твоих глубокомысленных слов. Мы целиком уверовали в то, что ты являешься Сыном Божьим, а теперь мы слышим эти странные слова о твоем уходе, о смерти. Мы не понимаем твоего учения. Быть может, ты говоришь с нами притчами? Мы просим тебя поговорить с нами прямо и недвусмысленно».
Отвечая Андрею, Иисус сказал: «Братья мои, именно потому, что вы признали меня Сыном Божьим, я вынужден приступить к раскрытию истины о том, чем завершится посвящение Сына Человеческого на земле. Вы упорно придерживаетесь веры в то, что я являюсь Мессией, и вы не желаете отказываться от идеи о том, что Мессия должен воссесть на трон в Иерусалиме; именно поэтому я продолжаю говорить вам, что Сыну Человеческому вскоре предстоит отправиться в Иерусалим, многое перенести, быть отвергнутым книжниками, старейшинами и первосвященниками и после всего этого быть казненным и воскреснуть из мертвых. И слова мои — не притча; я говорю вам истину, чтобы вы были готовы к этим событиям, когда они внезапно обрушатся на нас». И когда он еще говорил, Симон Петр, стремительно бросившись к нему, положил руку на плечо Учителю и сказал: «Учитель, у нас и в мыслях нет прекословить тебе, но я заявляю, что такое никогда не случится с тобой».
Петр говорил так потому, что любил Иисуса. Однако человеческое естество Учителя увидело в этих проникнутых благожелательным чувством словах едва уловимую попытку подвергнуть его искушению, заставить изменить свое решение — исполнить до конца земное посвящение в соответствии с волей Райского Отца. Именно из-за того, что он почувствовал, какая опасность кроется уже в том, чтобы позволить даже любящим и верным друзьям попытаться разубедить его, он обрушился на Петра и остальных апостолов со словами: «Не препятствуй мне. В твоих словах — дух дьявола, искусителя. Когда вы говорите так, вы не на моей стороне, а на стороне нашего врага. Так ваша любовь ко мне становится для меня камнем преткновения при исполнении воли Отца. Не о путях человеческих думайте, а о воле Божьей».
Когда они оправились от первого шока после этого резкого выговора, Учитель, прежде чем продолжить путешествие, сказал: «Если кто хочет присоединиться ко мне, то должен забыть о собственных желаниях, ежедневно исполнять свои обязанности и следовать за мной. Ибо кто захочет сберечь свою жизнь для себя, потеряет ее, но кто потеряет свою жизнь ради меня и евангелия, тот ее сохранит. Какой прок человеку, если приобретя весь мир, он потеряет свою душу? Что может дать человек в обмен на вечную жизнь? Не стыдитесь меня и моих слов в этом греховном и лицемерном веке, так же как я не постыжусь признать вас, когда, во славе, предстану пред моим Отцом в присутствии всего небесного воинства. И тем не менее, многие из вас, стоящих теперь передо мной, не познают смерти, пока не увидят, как царство Божье грядет в могуществе».