– Бог бесконечно милостив к нам! – ликуя, воскликнул осчастливленный Тувье, – наш долг перед господом свершить благодеяние!
– О, я готов!
– Есть у меня брат, и дочь его без мужа на горе отцу и на позор роду нашему. Она красива, умна, сердечна. Женись на ней, и добрым этим делом возблагодарим бога.
– Отчего же столь достойная юница одинока?
– Она трижды была под венцом, но всякий раз накануне первой ночи новоиспеченный супруг умирал. Теперь ее чураются.
– Отец, неужто смертью моей ты будешь всевышнего благодарить?
– Храни, господь, от такой судьбы! Причина пагубы – злой бес, что проникал в дом новобрачных. Ты же в безопасности. Благой дар пророка Ильи обережет тебя. Изготовишь курение из рыбьей печени и оградишь навек свое жилище от посягательства нечистой силы.
Неизменно послушный отцовской воле, на сей раз сын Тувье подчинился с колебанием и страхом. Однако невеста приглянулась ему, да и он пришелся ей по сердцу.
Накануне свадьбы жених рьяно кадил окрест супружеских палат, окурил опочивальню, ложе брачное одымил со всех сторон. Для верности трижды обошел каждый круг. В ночь решительную и тревожную Тувье не спал, неустанно обращался к богу. Он не сомневался, верил, но молитва – лучшее добавление к безусловной вере.
Назавтра после свадьбы, не выдержав долее полудня, отец поспешил к сыну, и застал новобрачного живым и счастливым вполне. Многие лета прожили в любви супруги, вместе состарились и вместе ушли в мир иной.
Оканчивая свою повесть, рассказчик высокопарно провозгласил: “Защитная пророка сень – надежда, крепость и кремень!”
Старец утомился от долгой речи и уж было собрался распрощаться с гостями и пожелать им приятных сновидений, но Забара и Эйнан умолили хозяина рассказать еще историю, последнюю, ну хоть совсем короткую. Утерев пот со лба, хранитель славного наследия уступил.
Не там зло, не там добро
Дом Тувье располагался неподалеку от дороги, ведущей на кладбище. Великий этот праведник лишь завидит скорбную процессию, обязательно присоединится к шествию и станет читать молитвы, а затем и могильщикам поможет.
Годы все решительней ополчались на Тувье и уносили старческие силы, свой неизменный трофей. Как-то хоронили великого знатока священного писания, и не смог Тувье встать с постели и совершить обычный богоугодный ритуал. Расплакался праведник и воззвал к господу: “Владыка мира! Покойник сей был глазами слепому и ушами глухому, а я, о, горе мне, не проводил мудреца. Услышь меня, всемогущий! Когда хоронят человека достойного, укрепляй ноги мои, дабы у самой могилы я молился о душе усопшего!” И было Тувье видение, в котором сошел к нему ангел-вестник и уведомил, что желание просителя уважено. И стало так, как хотел Тувье – по воле небес, по мольбе его.
Однако раз случилось все навыворот. Хоронили утром благочестивого, но Тувье не встал. Вечером везли на кладбище грешника, а Тувье сопроводил его. Очень удивился народ: “Неужто в голове праведника смешались меры добра и зла?” Поговорили люди, да за делами-заботами забыли странный этот день.
Честолюбие и неравнодушие молодости украшают мир. Задумали двое юношей, просвещенных и пытливых, дотошных и увлеченных, докопаться до корня, понять резоны Тувье и к величию его приобщиться.
Первым делом пошли они к вдове грешника и стали расспрашивать ее о покойном муже. И сказала женщина весьма досадливо, что человек сей, мясник при жизни, отличался крутым нравом и немало зла причинил ей и детям. С соседями ссорился и родичей утеснял. Невежеством своим гордился и грубостью бахвалился. Задумавшись, вспомнила она, что у мужа был отец, древний старик, бессильный и бессловесный. Сын преданно любил отца, из ложки кормил и поил, одевал и раздевал, спать укладывал и на руках носил. И поняли юные искатели правды, что почитание родителя искупило грехи, и небеса, взвесивши деяния жизни мясника, сочли его угодным богу и уведомили Тувье.
Распрощавшись с одной вдовой, правдолюбы направились к другой. Попросили женщину рассказать об усопшем праведнике. Бедняжка плакала и сокрушалась о покойном и без умолку говорила о достойном пути его. Он преданно любил жену, детей, родню. Учен был и книги святые без устали читал. Молился трижды в день и заповеди исполнял рьяно. В комнате своей он проповедовал добро ученикам и почитателям. “Заглянуть бы в эту комнату!” – сказал один из гостей. “Ключ всегда при нем был, никому не давал!” – ответила женщина. Юноши подошли к таинственной двери, и она, на диво, не заперта.