Правда, я заметил, что другим людям с севера было очень тяжело здесь на юге в плане самого быта. Это я был привычен, но иммунитет многих сдавал, у них часто расстраивался желудок, и понос стал обычным явлением, они очень страдали от насекомых и ядовитых гадов. К счастью, я вовремя научил их, как надо высасывать яд из ранок. Люди болели, но пока что никто не умер, а женщины уже были оплодотворены, и собирались рожать детей. По требованию всего племени, половина первого поколения детей была от меня. Таким образом, соплеменники хотели повысить чистоту крови. Что ж, я был не против. А от всех бед люди спасались дома, в нашем форте. Здесь в каменных домах было прохладнее в жару и поменьше насекомых и гадов.
Также я потерпел большую неудачу с волками, но это мы пережили. Один из волков, поймал в джунглях какую-то хворь, и разразилась целая эпидемия. К счастью, хворь почему-то оказалась незаразна для людей, и ею болели только волки. Они умирали несколько месяцев, жутко страдали и выли, в итоге последних из них я сам лично убил, а трупы на всякий случай сжёг на костре, а заодно сжёг и ту солому на которой те спали, а женщинам велел вымыть полы. В итоге, с эпидемией мы пролетели, она забрала только волчьи жизни, но надо сказать, здесь в южных широтах от волчьих жизней толку было мало. Волки не знали местность, не знали как вести себя и охотиться, им было тяжело и жарко здесь.
Тем не менее, дела шли помаленьку, и вскоре мы привыкли к образу жизни на юге. Я бродил по окрестностям, и как-то раз нашёл километрах в двадцати от нас одно небольшое племя людей, которые были непохожи ни на обычных людей, ни на кроманьонцев, ни на неандертальцев, это был совсем другой вид. Они были странные на вид, и находились на очень низком уровне развития, жили семьёй в сорок человек, и у них даже не было огня. Спустя несколько дней, мы с воинами пришли к ним в стойбище, и убили всех воинов, женщин и детей, никто не смог от нас убежать. Вот такая вот жестокость, но я давно решил зачистить этот мир от всех людей, которые могли бы составить угрозу нам кроманьонцам, даже если когда-нибудь не скоро в будущем.
В целом, мирно потекли года, люди постепенно акклиматизировались и адаптировались к местному климату. Все участники похода были моими прямыми потомками, или в их жилах частично текла моя кровь, а я силён, привык и к жаре и к холоду и у меня сильный иммунитет, они приспособились тоже, потому что в их жилах текла моя кровь. Хотя этот мир здесь сильно отличался от севера, всё же здесь были жара и джунгли. Спустя несколько лет численность детей превысила двести человек, и я сосредоточился на воспитании подрастающего поколения.
Всё пошло обычно своим чередом, а в холмах я даже нашёл ещё немного меди, которую мы очень берегли, и это позволило мне наделать ещё полезных вещичек, в итоге наше общество процветало. А позже я нашёл ещё два металла, железо и совсем немного серебра.
* * *
Город рос и развивался, года текли чередой, и примерно через пятьдесят лет после высадки численность населения города значительно превысила тысячу человек. С этого момента я начал постепенно готовить государственную систему под новые военные походы. Я снова создал институт личной гвардии, что следили за государством, и начал готовить воинов и разведку. Поскольку, до этого я был сосредоточен на подготовке и воспитании людей, а не на внешней политике. Я совершил первые рейды разведки на дистанции до пятисот километров вокруг города, и разведчики обнаружили около тридцати племён неандертальцев, в основном на западе от нас, и несколько десятков других странных людей. Я подготовил военные отряды для рейдов, и они в течение нескольких лет совершили рейды по округе, уничтожив всех наших соседей.
Опасаясь эпидемий, я основал ещё два мини городка деревни в нескольких километрах к западу и к востоку от столицы. Это были небольшие поселения по сто человек, но они были полностью под моим контролем. Я предполагал, что через поколение численность этих деревень значительно возрастёт. Тем более, здесь на юге, несмотря на жаркий климат, который плохо переносился людьми, было меньше проблем с одеждой для детей, из-за чего детей в целом было больше. Также, мы снова начали массово выращивать зерно и ещё ряд фруктов, из-за чего не было проблем с едой, я бы даже сказал, что еды было больше, чем на севере. А специально выращенные и огороженные от зверей забором сады вообще производили впечатление. Когда десятки плодовых деревьев стояли ровными рядами, и там можно было сравнительно безопасно ходить и собирать еду.
Самое удивительное, то, что я впервые открыл стекло, и его изобретение также считаю важнейшим в истории человечества. Поскольку мы работали с медью и железом, теми двумя металлами, небольшие запасы которых нам удалось собрать на холмах вокруг. Мне пришлось повышать температуру горения пламени, поскольку железо имело более высокую температуру плавления, чем медь и не плавилось само по себе. Я составил из камней специальную печку, в которой пламя располагалось так, чтобы греть небольшую область пространства, в этой печи температура была немного выше, чем просто на костре, и я смог плавить железо. И вот как-то раз я попробовал плавить другие вещества, просто чтобы посмотреть, как они себя поведут при высокой температуре. И в холмах я нашёл мелкий и чистый песок, и мне удалось его расплавить, а когда он застыл и я почистил его, он оказался прозрачным! Да он был прозрачным и твёрдым, хотя и легко кололся. Я продолжил свои эксперименты, и впервые в истории создал первое небольшое плоское стекло. Я использовал стекло, для того чтобы изолировать окна своего дворца, через которые постоянно проникали насекомые и птицы, а я не люблю насекомых. В итоге уже спустя несколько месяцев моих работ со стеклом, все окна дворца были с деревянными рамами, внутрь которых вставлялось стекло, и их можно было закрыть, а свет через них проникал.