-Хорошо, сколько времени вам понадобится на подготовку компьютера?
-Мне понадобится месяц, чтобы полностью закончить и дооборудовать сам компьютер, потом три месяца, чтобы написать программное обеспечение.
-Действуйте, мы назовём программу, система глобального кибернетического командования.
-Нет, Франклин, так любой разведчик поймёт, что мы делаем, лучше дать название что-нибудь типа...
-Оборонная стратегическая инициатива?
-Нет, давай назовём просто и банально, орлиный глаз, чтобы ни о чём не говорило, наоборот, пусть название сбивает с толку и путает.
-Хорошо, пусть будет орлиный глаз, и ещё, я надеюсь на тебя, четыре месяца, хорошо?
-Хорошо. Четыре месяца. Ты выпьешь чаю?
-Я узнал у тебя всё что хотел, я лечу в Вашингтон.
-Может быть, ради такого разговора проще было позвонить?
-Мы арестовали 120 тысяч японцев, каждый второй оказался шпионом, пришлось арестовать всех японцев Америки без разбору до конца войны, ещё несколько тысяч бегает по стране и гадит. А Германия устроила серию крупных терактов. Я боюсь звонить по телефону, враг делает врезки в кабели и прослушивает. Твоя крупная горная база уже привлекает внимание слишком многих, я уверен, что все телефоны, ведущие к базе, прослушиваются врагом, кабель идёт по пересечённой местности многие километры. Не звони отсюда больше никогда, если важный вопрос, звони, проси меня прилететь, я прилечу, и обсудим лицом к лицу, но не по телефону.
-Ясно господин Рузвельт
-Удачи.
Он ушёл, а я невольно подумал, что если ситуация столь плоха, то быть может, стоит притормозить с созданием компьютера, тем более, сейчас многие мои сотрудники, смогут доработать этот компьютер без меня, а мне лучше заняться несколько дней чем-то новым. Тем более, некоторые вещи смогут позволить мне отказаться от деревянных пластин, на которые мы клеили все свои микрочипы раньше. В прошлом в Англии я несколько лет занимался поиском и внедрением перспективных технологий, надо помочь США выиграть эту войну, распечатать старую заначку. Ведь если США проиграют и меня возьмут в плен, или ещё что хуже убьют, я не смогу выполнить свою задачу. И я направился в лабораторию химии. А корпуса химии и материаловедения у нас здесь были самые лучшие в мире.
* * *
-Ты просил меня срочно прилететь, захватив своих экспертов в области химии и материаловедения. Что случилось? Мы говорили с тобой лично всего несколько дней назад. Я честное слово люблю наши разговоры с тобой, но я очень занят. И всё же?
-Я занимался компьютерами, потому что это меня интересует более всего. Мне интересно делать компьютеры, но я решил помочь вам выиграть войну. Как ты понимаешь, я много лет занимался химией и материаловедением, и многие мои тайные знания могут быть использованы для победы. Вот эта металлическая пластина называется нитрат титана, это сплав высочайшей твёрдости и прочности, он получается методом электролиза титана в азоте. Титановая пластина помещается в азот, и мы бомбардируем её ионами азота, полученный сплав можно использовать в качестве резца. Материал необычайно твёрд и стоек, его можно использовать для обработки металла. А это победит, в его основе лежит новое неизвестное вам вещество, карбид. Победит это смесь карбида вольфрама и кобальта. Данное вещество дороже, но гораздо прочнее и твёрже любой быстрорезной стали, что сейчас применяется в промышленности. Используя этот металл, вы сможет обрабатывать стволы орудий более высокой твёрдости с прецизионной точностью. Как следствие вы получите более мощные и надёжные артиллерийские орудия. Ты хотел пушку?
-Да но...
-Вольфрам кобальт, лишённый углерода, также обладает высокой температурой плавления свыше 3000К, невероятной прочностью и твёрдостью, увы, он дорог. Используя этот материал, вы сможете повысить твёрдость и стойкость деталей ваших машин и механизмов. Это повысит обороты и удельную мощность двигателей внутреннего сгорания на 25%. Двигатель той же массы сможет иметь мощность 2000 лошадиных сил, вместо 1500, срок его службы вырастит, это незаменимо для авиации. Ваши конструктора должны быть мне благодарны. Вот образцы. Это ещё не всё.