-Ты победил.
-Ты победил!
-Ты великий воин, ты спас племя.
Они подошли ко мне, и стали трогать меня. Я даже не ожидал такой реакции, я привык, что племя ненавидит меня. Но в этот раз всё было не так, они стояли вокруг, трогали и радовались. Всё же лев убил многих из них, и этот кошмар позади. А потом члены племени, стали подходить к мёртвому льву, трогать его и смотреть.
Я сделал несколько шагов и остановился перед вождём, посмотрел на него.
-Я хочу Агни, ты обещал.
Я посмотрел на девушку, она была молода, ей около 13 лет, чуть младше меня, самый лучший возраст по меркам племени, где люди умирали от старости в 25. Красивая и очень привлекательная спортивная фигурка без лишнего жира и отложений, хорошая грудь, красивое лицо и ровная шёрстка, достойная жена, самая лучшая в племени. Она меня привлекала и весьма-весьма. Тем более в прошлом я никогда не спал с женщинами, и ни одна не подпускала меня к себе даже близко. Я слишком сильно от них отличался.
-Я не хочу быть с уродцем, он уродец, - вдруг закричала Агни. - Я не хочу, я не буду.
-Он великий воин, - недовольно буркнул вождь, - он имеет право, мы обещали.
Я подошёл к ней, взял её за руку и потащил в пещеру, я знал, сейчас все под впечатлением от убийства льва и мне позволено что угодно, это надо закрепить, пока не поздно. Потом, позже, завтра или после завтра, впечатление от моего геройства может стереться из памяти, и мне уже не позволят. Я снова стану уродом-изгоем, и может быть меня даже прогонят из племени, и уж точно не позволят иметь Агни и дальше.
Она сопротивлялась, я взял её за руку и потащил вглубь родовой пещеры, туда, где все остальные самцы делают это с другими женщинами. Остальное племя осталось снаружи, никто не хотел на это смотреть, никто не желал слышать, и они побоялись помешать. Агни просто дралась и визжала на всю округу, но я справился и сделал своё дело. Вообще это был мой первый раз в жизни, другим воинам племени моего возраста везло куда больше, и они часто спали то с одной, то с другой женщиной. Так или иначе, а ночь я провёл лучше, чем когда-либо раньше, и мне хотелось ещё, жить так дальше. Впрочем, переспав с Агни несколько раз в течение ночи, до утра я решил не спать, мало ли что... Вдруг кто-то из племени решит ночью пустить мне кровь из горла, пока я сплю, такое возможно. Сейчас они боятся меня, но стоит мне уснуть и стать беззащитным, всё может измениться, я не мог понять, как они ко мне относятся сейчас. Это страх, или же они полюбили меня и испытывают благодарность. Я дождался утра, вместе с племенем, они вернулись в пещеру, как только стихли крики Агни. И я просто сидел с ними, но в стороне, они все тоже не спали. И лишь несколько охотников носили в пещеру мясо убитого льва, племя хотело есть, из-за страха последних недель воины почти не охотились, еды добывалось мало, отходить от стойбища никто не хотел, опасаясь льва, а в убитом хищнике всем мяса на неделю, точнее пока не протухнет.
Один из охотников подошёл ко мне, и положил передо мной большой кусок мяса прямо из лапы, самое вкусное. Я взял его дар и стал есть. Это было хорошо, что он так поступил, значит, они не прогонят меня сразу, а быть может, не прогонят и потом.
Наступило утро, и я уже собирался уйти, как вдруг ко мне подошёл вождь, у него в руках была деревянная плашка, в ней был какой-то белый порошок, сейчас думаю, это была известь либо белый мел, а может и каменная пыль, но тогда я не знал что это такое.
-Дай руку. - Сказал мне вождь.
Я дал ему, он взял мои пальцы и дотронулся моими пальцами до порошка, а потом до стены, и на ней осталось белое пятно. И тут я увидел то, чего не видел никогда в жизни, потому что меня с раннего детства не пускали в пещеру, и тем более в её глубь. Оказывается, все ровные части скалы были покрыты какими-то рисунками. Здесь очень неумело, палочками было нарисовано всё что угодно, вся жизнь племени. Я прошёл вдоль всей пещеры и в предрассветном свете осмотрел все рисунки, да это было очень необычно, и моя душа тянулась к ним. Мне хотелось смотреть на них и остаться тут, я и не знал, что у людей есть такое.
Вождь стёр какой-то старый рисунок, что был на камне, и начал рисовать порошком новый. Он рисовал плохо и очень неумело, но когда он начал это делать, мне вдруг страшно захотелось сделать также, порисовать. А меж тем, вождь нарисовал меня с копьём, и рядом льва, а потом второй рисунок, я стою над убитым львом. Он нарисовал это плохо и недостоверно, и я мало отличался от других картинок. Тут не было дерева, на котором протекал весь основной бой, но видимо нарисовать дерево, было слишком сложно. И всё же...
-Это ты. - Сказал вождь. - Ты нас спас, можешь приходить ещё, а Агни потерпит, мы благодарны.
-Хорошо спасибо, а сейчас я хочу ненадолго уйти... Мне нужно взять новое оружие.
Я покинул племя с тёплыми чувствами на сердце, они, наконец, приняли меня, и не собираются прогонять, возможно, это ненадолго, но всё же, теперь мои отношения с племенем никогда не станут такими дикими как раньше. Теперь они считают меня великим воином, уважают, ценят и боятся.
Мне очень хотелось порисовать... Я переплыл ручей, направился к скалам, нашёл тайник, взял оружие, и пошёл искать подходящие для этого камни. Вскоре, я нашёл кусок камня которым можно было карябать оставляя белый след, нашёл подходящую поверхность, и впервые в жизни начал рисовать...
Глава 2: Племя.
Мои дальнейшие отношения с племенем развивались очень хорошо, я появлялся в племени каждый день, приносил им еду, мясо, корешки, орешки, и приносил намного больше еды, чем наши обычные охотники, которые в отличие от меня не всегда были удачливы на охоте. Дальше было больше, я научил их сажать корешки, и многие жители племени, в начале не понимая моей инициативы, потом глубоко осознали всю пользу. На этом мои внедрения не закончились, и я занялся шитьём, научил охотников делать иголку и нитку из жил убитых кошек. Это позволило шить нашу первую одежду, у остальных членов племени одёжка получалась похуже моей, но всё равно, это резко снизило потери на охоте и раны. Толстая шкура в несколько слоёв хорошо защищала от зубов и когтей. Да и в медицине я сотворил настоящую революцию, если говорить точно, в прошлом медицины в племени не было просто совсем, рану в лучшем случае зажимали, пока не перестанет течь кровь, и на этом вся медицина заканчивалась. Дальше, если здоровый, не помрёшь, если слабый, что ж, значит не судьба. В общем, пренебрежения ранами на самом деле не было, и все понимали, что рана это серьёзно, просто трогать рану больно, никто не знал что делать и зачем, в итоге раненый отказывался лечиться. Я заставил и научил. Теперь, каждый, получив рану на охоте или где-либо ещё, промывал её водой из реки, а потом накладывал особые листья, которые как я заметил, помогают от загноения. Вообще, в прошлом охотники бывало умирали от ран, потому что они начинали гноиться и их не чистили. Я научился чистить раны, ещё когда жил один, и понимал, что иначе не выжить. Эта нехитрая медицина по обработке ран в общем-то спасла много жизней в последующие годы.
Спустя чуть более полу года после убийства горного льва, моя жена Агни родила ребёнка. Я думаю, это был не мой ребёнок, он в отличие от меня был волосатым и обычным. Многие члены племени понимали, что он не мой. Но у нас не было сильно развитого понятия крови, как будет позже у людей, любой ребёнок, если он нормальный, дитя племени. Ведь в племени господствовали полигамные отношения. Жён и мужей не было, хотя иногда сильные самцы отгоняли от своих самок других самцов, но такие отношения длились недолго. Только вот именно я спал с Агни и больше ни с кем, другие женщины до сих пор избегали меня, полагая, что я уродец. Хотя они ели мою еду, и носили мою одежду, но они не хотели со мной спать, слишком я был уродлив, и только Агни была моей. Но вот у Агни кроме меня было всё остальное племя, как не стыдно это осознавать. Со временем меня стало это задевать, и я тогда крепко понял, что женщина должна принадлежать одному мужчине, и не должна ему изменять. Я пытался с этим бороться, воины боялись спать с Агни при мне, но я не всегда был при ней. Убивать же за измену было не принято.
Тем не менее, в те времена наступило счастливое для меня время, я был сыт, одет, доволен и в тепле. Женщины племени не спали со мной, но при этом больше никто не считал меня изгоем. Я часто бывал в племени, постоянно занимался делами, мне нравилось делать что-то для других, для племени, и я видел, как налаживается жизнь. Я изобрёл много полезного, позже я даже придумал деревянные тарелки-кувшины. Изготавливать их было сложно, но часто делать было нечего, и посуда у нас появилась. В таких тарелках я стал хранить припасы, корешки, зёрна и орешки. Обычно они хранились в дальней части пещеры. Правда, острой потребности уметь хранить припасы у нас тогда не было. Как правило, цель хранения еды была ночью покушать, не выходя на улицу, и только. Племя жило в довольно тёплом регионе планеты, хотя позже, занимаясь археологией, я и узнал, что в то время была середина ледникового периода, самый пик, и всё же там где я жил зимы в современном понятии со снегом и бескормицей не наблюдалось, но и не сказать, чтобы климат был жарким. Смена зимы и лета была, но зимой не было снега и мороза, просто было несколько прохладнее, чем летом, но и летом по настоящему жарко бывало достаточно редко.