И всё же я не остался, хотя хотелось, и отправился в путь на юг. Я должен был узнать как там неандертальцы, и как простые люди. Я знал, если что я вернусь потом, и всё восстановлю, а что касается того, выживут ли мои люди на севере. Я знал, эти теперь выживут, точно выживут, они научились жить на севере, им нравилось жить на севере, и они останутся здесь и никуда не уйдут.
* * *
Первое время в своё новое путешествие, я обходил земли заселённые людьми, и убедился в том, что здесь на этом пятачке земли, где мы обитали сейчас, живёт достаточно людей. Я составил для себя мини карту и выяснил, что здесь на территории южной Европы обитает порядка сотни племён людей, что уже не так мало. Меня особенно порадовало то, что многие племена имели численность свыше ста, а некоторые, очень редко свыше двухсот человек. То есть произошёл качественный рывок, когда семьи имевшие возраст триста и более лет, спустя много поколений, сохранили часть моих научно культурных завоеваний и радикально увеличили свою численность, изменили свой образ жизни, в сравнении с тем, что было раньше. Таким образом, убедившись, что здесь всё хорошо, я через пролив Босфор и территорию современной Турции отправился на юг в Африку.
Правда, с преодолением пролива Босфор возникли проблемы, и я зря потратил целый год. Выяснилось, что теперь он больше не замерзал на зиму и перейти его по льду уже невозможно. Пришлось делать лодку катамаран и плыть через пролив, борясь с сильным течением, но то оказалось не так сложно, как я опасался в начале. Здесь в этих местах потеплело, и ещё худшее разочарование меня ждало, когда я добрался до территории малой Азии, современной Турции, выяснилось, что первые семьи колонисты неандертальцев были уже здесь. То есть, прошло всего пятьсот или шестьсот лет со времён миграций людей на север под моей командой, а неандертальцы уже продвинулись на северо-восток на тысячу и более километров. Фактически, они заселили всю территорию к югу от пролива Босфор, что теперь узкой и ненадёжной полоской воды отделял мой народ от неандертальцев.
Исходив малую Азию вдоль и поперёк, я выяснил, что здесь неандертальцев было необычайно много. На небольшом пятачке достаточно плодородных теперь земель проживала армия в сотни семей и племён неандертальцев. Я думаю, это из-за джунглей, точнее из-за того, что их тут не было. Климат, кроме зимы, для жизни людей тут был более благоприятный, чем на юге. По факту, двинувшись на север, неандертальцы бежали от паразитов, ядовитых змей и многих других проблем, с которыми сталкивались ранее в Африке, и это меня слегка напугало. Так они могли не побояться холода, и двинуться на север дальше.
И я остался здесь на зиму, дождался зимы и стал наблюдать за неандертальцами зимой. Меня интересовал вопрос, как те переносят холод, а это вопрос принципиальный. Одежды у них не было, это меня порадовало, но меня ужаснуло другое, эти уроды ходили по снегу босиком, и им хватало накидок из шкур, они не замерзали!! Даже почти голыми! Простой человек мог ходить по северной земле только в ботинках, штанах и куртке плаще, а неандертальцы терпели десяти градусный мороз почти без одежды, иногда одевая лишь накидку из шкуры, да и то не все и не всегда. Неужели они настолько лучше и сильнее нас? Надо было что-то срочно делать, только что? Если холод отступает на север, везде теплеет, что можно сделать? Надо срочно разведать обстановку.
И я снова отправился в Африку, туда, откуда пришёл сам. Я потратил два года, чтобы исходить территорию взад и поперёк, и выяснил, что расселение неандертальцев там незначительно, однако, даже незначительные успехи расселения неандертальцев привели к катастрофе племена людей. Их осталось очень мало, и только в южной Африке на малом пятачке земли проживало ещё некоторое количество племён простых людей. Преимущественно там, где я строил свои великие города прошлого, там, где люди были наиболее сильными и обученными. Видимо моя кровь и влияние всё же сыграли большую роль, даже спустя много поколений. Однако, я заметил, что африканский климат сталь более жарким, и это не потому что я привык к холоду. Сами джунгли стали более влажными похожими на территорию Индии, где я бывал во время великого своего путешествия, а значит, эти районы стали немного менее пригодными для жизни людей, чем раньше. Насекомых и змей стало больше, и они стали более ядовитыми. Джунгли стали более похожи на джунгли, а не на леса, и это снизило их пригодность для жизни людей. Думаю, этот фактор изменения климата сыграл важнейшую роль, он на определённом этапе остановил расселение неандертальцев, а потом и погнал их на север. В общем, я понял, что в Африке делать больше нечего, потому что скоро последние племена людей, проживающие там, погибнут, и отправился назад на север. Тем более, теперь на севере обитали мои прямые потомки, последний крупный ареал обитания людей. Их надлежало спасти, я подумал, что если не пускать неандертальцев через пролив Босфор, то тогда быть может, мы остановим их расселение надолго, а пока они обойдут черное море по восточному пути, да и обойдут ли?
В принципе, теперь неандертальцы воспринимались мной как медленно ползущая по всему миру страшная эпидемия. И что и говорить, тот период истории, конца предпоследнего ледникового периода, начала межледниковья, то была эпоха расцвета неандертальцев. Их численность населения тогда стремительно росла, и они покоряли всё новые и новые территории.
Когда я вернулся к проливу Босфор и уже собирался его форсировать назад, я вдруг случайно увидел картину, которая повергла меня в шок. Группа неандертальцев переплывала пролив на самодельном плоте, с трудом, гребя руками и палками, они плыли на север через пролив, прямо летом. Они видели там на севере иную землю, и плыли ей навстречу, к неизведанному. Видимо эту семью неандертальцев прогнали с насиженных мест другие племена неандертальцев, высокая плотность заселения и нехватка участков кормления гнала их дальше на север к новым свободным землям. Это был крах, я понял, что раз поплыли эти, то скоро поплывут и другие, а, скорее всего, эти и не первые. Видимо, неандертальцам очень понравился холод, поскольку у холодного климата были свои серьёзные преимущества, как отсутствие болезней, ядовитых гадов и всякой гадости в воде. Как ни странно в северных водоёмах не было крокодилов и то большой плюс. Зато в северных реках полно рыбы, и её можно безопасно ловить и вкусно есть, особенно в нерест, когда можно ловить рыбу в огромных количествах.
Мне нельзя было терять время тоже, я нашёл подходящие деревья, сконструировал себе некоторое подобие катамарана, и тоже поплыл на север. Я надеялся, что мой северный город до сих пор цел, и я смогу использовать его как центр сопротивления неандертальцам.
Однако, переплыв пролив Босфор, я несколько раз натыкался на семьи неандертальцев, что плелись на север. Ледник стремительно отступал, зимой теплело. К концу осени я добрался до своей деревни, и здесь меня встретили и помнили, несмотря на то, что я отсутствовал несколько лет, деревня уцелела.
Я не знал что делать, я просто пришёл в центральных зал своего дворца на то место, где провёл сотни лет, и сел перед костром и просто сидел в прострации, а люди стояли рядом и шептались.
-Что случилось мой повелитель?
-Вы дома наш повелитель, поешьте, выпейте и отдохните.
-Помните о неандертальцах? - Начал я, собравшись с мыслями.
-Да, и мы даже один раз встретили их семью, мы пытались их убить, но те бежали.
-Я не знаю, что происходит, но они идут на север. Точнее я знаю, что происходит, мир теплеет, и ледник на севере таит, зимы стали гораздо теплее, на юге стало очень жарко, и это гонит неандертальцев на север, их теперь много и очень много. Десятки, сотни их семей, к югу от пролива, их целые армии, полчища, множество семей стоят там. И они переправляются через пролив, идут на север, в огромных количествах. Они идут на север, на запад и на восток.
-Что же делать год?
-Я не знаю, я не думал даже, что начнётся такая гигантская миграция. В мире теплеет, везде, стремительно теплеет, они идут прочь из Африки на север. Жить на юге стало тяжело, много ядовитых гадов, болезни, а здесь на севере теперь так хорошо.
-Может нам тоже пойти ещё дальше на север? Великий ледник отступает, и помногу километров в год. Вы отсутствовали долго, за это время, ледник растаял и ушёл минимум на пол сотни километров, зимы около ледника стали гораздо теплее. Мы могли бы переселиться километров на триста к северу.
-Я знаю, я только не знаю, что происходит с этим миром. Почему стало так тепло? Ледники тают, куда идти? А триста километров, это слишком мало, а близко к леднику не подойти.
-Год, мы пойдём на север за ледником, ведите нас, а неандертальцы пойдут за нами.
-У нас сейчас много искусных воинов с хорошим оружием. Я думаю, попробовать убить их здесь на проливе, но только, толку никакого, они уже перешли пролив и многие семьи растворились в северных землях. Они ходят по снегу голыми ногами, представляете? Они переносят холод намного лучше нас, для них мороз не страшен даже почти без одежды, и лишь иногда в сильный мороз они набрасывают на плечи грубо срезанные с животных шкуры. У них нет никакого понятия труда и мастерства, кроме оружия и наскальных рисунков, но они идут сюда!