-Будут ещё какие-то приказания? - Спросил меня гвардеец.
-Сожгите здесь всё. И труп этого сожгите, и я хочу, чтобы ты лично проследил, что вот он превратился в пепел. Эта тварь не должна выжить.
-А может? После таких то ударов, я думаю, он мёртв.
-Не знаю, может и может, сожгите его, а пепел развейте поветру.
На этом всё было кончено, все агенты влияния Персии и один из моих потомков были ликвидированы. Теперь никто не сможет и не будет мне мешать организовать достойное сопротивление варварам, нужно только убедить самих греков.
Я понимал, ждать пока враг организует мощный поход на нас нельзя, лучше устроить диверсию и саботаж, двустороннюю провокацию, чтобы поднять всю Грецию на борьбу с врагом. Для этого я пошёл на хитрость, подкупив значительное число чиновников Афин, настроил их против Спарты, что было высосано из пальца и они в 508 году до н. э. попросили подданства у Персов. Таким образом, Афиняне дефакто обязались платить персам огромные дани, просто из пальца и без причины, признав персов своими владыками. Дальше, спустя несколько лет, началась серия восстаний греческих факторий в Азии, я надеялся, это образумит греков. Поскольку персы жестоко подавили восстание и расправились с восставшими, греки поняли, что ситуация складывается не так как хотелось бы, но война всей Греции против Персии так и не началась. И последней каплей было то, что я потребовал от Афинян выйти из подчинения персам, и те в 500 году до н. э. спустя 8 лет после признания подданства Персии, вышли из состава Персидской империи. Конечно же, персы, сразу, недолго думая, объявили поход на Грецию, они не могли стерпеть подобное, и в 499 году до н. э. персы прислали послов в Грецию потребовали от Эллады земли и воды. И Спарта с Афинами восстали, а вслед за ними все остальные греки, началась война, как раз то, что мне и нужно было. В течение нескольких лет греческая армия успешно теснила персов на восток, откуда они и пришли, освободив все ранее захваченные греческие и около греческие территории. Первоначальные успехи объяснялись тем, что расстояние из Греции до театра военных действий было намного меньшим, чем из Персии. К тому же, персы, как оказалось, не были готовы к войне столь далеко от своего центра, и им потребовалось несколько лет, чтобы сформировать мощную армию и перебросить её на север в районы восточной Греции. Но они сделали это. И в 490году до нашей эры царь Дарий во главе мощнейшей армии прибыл в Восточную Грецию с целью захвата земель Эллады. Численность армии Дария превышала 50 тысяч человек, это огромная армада, а у меня на том фронте было лишь 11 тысяч особо хорошо обученных и подготовленных войск, представленных в основном Афинянами, и около тысячи спартанцев. Состоялась грандиозная битва, буквально до последнего солдата. В результате ожесточённейшего сражения почти все греки, участвовавшие в бою, пали, но армия персов была разбита, а царь Дарий бежал. Этот бой показал, что даже мощная и высокотехнологичная армия, оснащённая лучшим в античном мире оружием, может проиграть натиску многочисленных варваров, и поражение было совсем близко. В течение следующего года мы отбросили персов на восток и продолжили наступление, постепенно захватывая новые территории, но углубиться на территорию персов для окончательного разгрома врага никто не рискнул, потому что слишком далеко. Для победы над Персией нужно было совершить нечто радикальное, подготовиться к дальнему походу. И стало понятно, что новой войны не избежать, скоро персидская империя перебросит огромную армию на север и возьмёт реванш. Однако, для всей Греции эта тяжелейшая Марафонская битва стала сигналом. Люди, наконец, стали понимать, что с востока идёт страшная угроза всей их цивилизации, надо объединяться всем в один народ и одну армию. Враг могуч и силён, и это не просто варвары, как раньше, это варвары с оружием, которое не так уж сильно отличается от нашего собственного.
Я получил экстренные особые полномочия от всего греческого народа, и начал готовиться к ожесточённейшей войне. Я понимал, там, в Персидской империи колоссальные территории с огромным населением, включая Древний Шумер. Я не знаю, каково население Персидской империи, но это может быть и 5 и 10 миллионов человек, то есть объединённая персидская армия может быть просто огромной, собранной с десятков огромных городов Востока. Я планировал завлечь врага на территорию юго-восточной или центральной Греции, и постараться разбить армию врага, уничтожив лучшие персидские силы, с тем, чтобы потом двинуться на юг и восток, и завоевать всю Персию. Я также знал о планах врага, который планировал построить огромный флот для завоевания Греции. Поскольку вся Греция испещрена мелкими бухтами, а часть её лежит на островах, единственный способ захватить Грецию это морем, и я знал враг пойдёт морем. В связи с чем решил значительно усилить свои военно-морские силы. Была идея уничтожить все персидские силы в море, поскольку сражаться с ними на суше себе дороже, слишком много у персов воинов. А дальше я планировал далеко идущие планы, включавшие в себя ответный удар по Персии и уничтожение своих потомков чистой крови, чтобы никогда больше на востоке не родилась эта ужасная сила.
В 480 году до нашей эры огромный флот персов вместе с сухопутной армией идущей по суше двинулся на территорию Древней Греции с востока. Моя сухопутная армия, и флот из двухсот триер встретили персов на море. Я навязал персам войну в море в Саламинском проливе, изобилующим подводными рифами и камнями. К тому же многие из моих кораблей оснащались мощным тараном на носу, который мог потопить любой крупный корабль врага. Погода, сильное волнение моря также сыграла мне на руку. Поскольку во время сильного волнения тяжелее управлять кораблями. И мои воины, лучшие мореходы древнего мира, на знакомой им территории успешно топили огромный флот врага. Многие корабли персов погибли просто нелепо, наткнувшись на подводные камни, либо мои триеры таранили их своими носами и корабли врага тонули снова и снова, а вместе с ними и воины персов. Эта битва в Саламинском проливе, где столкнулись варвары и эллины, была величайшей морской битвой Древнего мира. Впервые такое гигантское количество кораблей столкнулось в море в смертельной схватке. Это уже была не битва каменного века, тут сражались машины против машин, управляемые людьми, пусть даже эти машины были деревянными и на вёслах.
В результате тяжелого морского боя мой флот одержал победу, уничтожив в море армаду из 400 кораблей врага, на борту которых была армия около 200-300 тысяч солдат, все они погибли. Одновременно по суше моя армия совершила манёвр, который обеспечили триста спартанцев и семьсот фемистийцев, заблокировавшие Фермопильский проход. В последствии их героическая оборона Фермопильского прохода легла в основу произведения "Триста спартанцев". Только на самом деле царя Леонида тогда там никто не бросил, и это была часть воины и глобальной стратегии. После чего мои войска вступили в бой с сухопутной армией Ксеркса и наголову разбили её. В итоге крупнейшее нашествие персов на Грецию было отбито. А Персия, потеряв огромные по численности войска, не могла быстро подготовить и обучить им замену. После чего мы совершили несколько ударов, продвинувшись на восток, освобождая от персов значительные территории. Также мои войска совершили ряд морских операций, отбив и уничтожив серию крупных портовых городов персов. В результате персидское владычество в Средиземном море было основательно подорвано, но я знал, что это ещё не победа. Поскольку там, в тылу на востоке у персов огромные территории с невероятной рождаемостью и резервами.
Увы, остальные греки меня не послушали, они устали от войны, что длилась около шестидесяти лет и стоила жизней двух поколений, и потребовали от меня заключить мир. Что я и сделал, прочертив черту между персами и греками, за которую ни та, ни другая сторона не могли ступить. Однако, этот мир был поражением, я сам так считаю. И, тем не менее, я так сильно подрезал усы персам, и так напугал их, что те не смели больше лезть на рожон, и не хотели больше войны с нами, полагая, что Эллада это великая морская и сухопутная держава. Тем более, если в начале войны персы своей пятой стояли в восточной Греции, и даже Афины платили им дань, и мы полностью уступили им значительную часть побережья Средиземного моря. То спустя шестьдесят лет войн их армии были разбиты, они потеряли огромные территории, много городов и торговых путей, вернулись к себе в Азию. Мы сильно отбросили врага, и он ослаб, но это была далеко не победа. И я сам только и думал, как бы пойти и уничтожить персов и саму колыбель их развития. Тем более, я хотел уничтожить не только самих персов, но и своих потомков, и даже если те сбегут, то, необходимо хотя бы лишить их власти. Я понимал, одно дело быть правителем великой империи, другое дело рядовым гражданином в изгнании. Не каждый вечно живущий обладает достаточным объёмом мозга, чтобы захватить власть в уже существующем государстве, где все важные посты уже заняты. На самом деле, по себе знаю, что захватить власть в государстве, где уже есть свой царь гораздо сложнее, чем основать новое государство. Особенно, если это государство тирания. Из-за чего я очень часто в прошлом создавал государства с нуля, и даже не пытался захватить власть там, где она уже кому-то принадлежит. Захват власти в уже существующем государстве опасный процесс, так можно и голову потерять. И не стоит оно того. Поэтому, если я скину их с Персидского престола, те ещё долго не смогут себя проявить, а может быть уже и никогда.