Два крупнейших разгрома в Северной Италии вызвало настоящую панику в Риме, потому что останавливать врага было на первый взгляд нечем. Тем не менее, Рим огромный и могучий город, я срочно собрал 20 тысяч пехоты и 5 тысяч конников, пустив на это все резервы, личную гвардию многих великих мужей Рима, часть городского гарнизона, а также гладиаторов, которым пообещал свободу. При этом эти силы объединились с отступавшими 10 тысячами уцелевшей пехоты, и моя армия вновь двинулась на север, стремясь выбить Ганнибала из Италии. Понимая, что если так будет продолжаться, то Рим просто падёт, мне была нужна только победа. Однако, гонец прислал неожиданную весть о поражении, Ганнибал поймал мою армию в засаду у Тразиминского озера, в результате большая часть армии была уничтожена или взята в плен, дорога на Рим окончательно открыта. Всего сто километров отделяло Ганнибала от Рима, и войск, чтобы остановить такую армию у меня не было.
Снимать силы с испанского фронта я так и не решился, поскольку те вели там более менее успешные боевые действия, и держали значительные силы врага, которые при прекращении боевых действий в Испании, устремились бы сюда в Италию на помощь Ганнибалу. Да и долго это, в Древнем мире перебрасывать войска на расстояния в тысячу и более километров.
И всё же, я, понимая, что длительная осада Рима это последний шанс на победу, стал готовить город к войне. В принципе, город с населением более двухсот тысяч человек, достойное и длительное препятствие для врага. Да Рим не имел достаточно мощных фортификационных сооружений, подобно Карфагену, но городская стена и ров были, а ещё двести с лишним тысяч граждан, многие из которых вооружены и умеют держать меч в руках. Да враг зальёт Римские площади кровью, но если осада затянется, я сниму войска со всех дальних гарнизонов, и мы снимем осаду. И тогда потом может быть, победим.
Однако, Ганнибал был не менее искусным стратегом, он тоже рассудил, что осада гигантского города потребует от него колоссального напряжения сил и может затянуться на многие месяцы, да и получится ли вообще взять Рим штурмом, если у него даже нет физической возможности полностью окружить и блокировать столь огромный город. Ганнибал решил пойти другим путём. К тому моменту многие города Италии стали открещиваться от Рима, предавая меня, как союзники. И Ганнибал решил оставить меня наедине с Карфагеном, один Рим без других городов и без союзников не сможет победить в войне. Поэтому он решил двинуться на восток Италии, совершив переход через Апеннины, в неожиданном для меня месте в неожиданный момент. И снова его войска шли через горы в сильнейшую бурю, неся большие потери. В итоге враг переправился в восточную Италию, и стал присоединять к себе одни города за другими, лишая Рим последней надежды на победу. И сейчас уже половина Италии была под контролем врага.
Я понимал, что армия в 20 или 30 тысяч человек уже не решит исход компании. Нужно было что-то сверхнормальное, чтобы остановить врага, тем более, солдаты напуганы поражениями и непобедимостью Ганнибала и вся римская республика сыпется под его натиском. Я перешёл к решительным мерам, в течение года, из последних сил собрав огромную армию порядка 100 тысяч человек. Многие воины прибыли на помощь столице из дальних гарнизонов и из последних городов контролируемых мной в Италии, а также меч в руки взяли многие римляне.
На следующий год в 216 году до н. э. состоялась последняя, как мне тогда казалось, решающая битва при Каннах, две огромные армии с двух сторон схлестнулись в жесточайшем бою, и снова Ганнибал переиграл моих военачальников. Армия, на которую я так надеялся, потерпела сокрушительное поражение. В этой битве с моей стороны пало около 50 тысяч солдат, и ещё 5 тысяч попало в плен, остальные отступили, да что уж там бежали. Тяжелейшее поражение сразу отвернуло от меня многих союзников, ряд городов Италии перешёл на сторону Ганнибала, и тот продолжил своё движение на юг вдоль восточного побережья, дойдя практически до пролива с Сицилией на юге. А я уже подумывал о том, чтобы навсегда бежать из Италии, и спрятаться где-нибудь на восточном Урале и по старинке пережить там смутные времена, поскольку, мне становилось очевидно, что война с треском проиграна. И только в Испании мои генералы, наконец, начали побеждать, погнав оттуда Карфагенян, что меня мало радовало, на фоне тотального разгрома всей Италии. И возможно, если бы не победы в Испании, я бы отчаялся.
К зиме Ганнибал хотел осадить один из последних моих важных городов, портовый Неаполь. Но потом не рискнул, полагая, что зимняя осада может ослабить армию, а быстрой сдачи города не предвидится. Тем более, Ганнибал вообще опасался подолгу осаждать города, опасаясь завязнуть и потерять войска со стратегической инициативой. Я думаю, Ганнибал делал ставку на психологию, полагая, что ещё пара громких побед и города сами откроют ему ворота, а римляне без боя согласятся на позорный мир. Тем более, настроения в Риме были весьма панические. К тому же он понимал, что я неизбежно буду пытаться разбить его в поле, и тогда зачем нужна осада? На зиму он отступил в сдавшийся ему крупный город Капую и решил там перезимовать.
К этому моменту Ганнибал уже полагал, что военная компания окончена. Рим и несколько подчинённых ему городов, лишенные крупных сил. Просто неспособны, и не смогут создать армию, чтобы выбить врага из Италии. И поэтому всю зиму Ганнибал успешно пировал в Капуе, ни о чём не волнуясь. Я в этот период занялся укреплением всех немногочисленных верных мне городов, намереваясь заставить Ганнибала взять какой-нибудь из этих городов в долговременную осаду, и тем самым связать ему силы. Понимая, что в открытом бою я не смогу противостоять врагу, быть может, я смогу убивать его, хотя бы обороняя крупные города. Я знал Ганнибал ас сухопутных битв, но избегает осад, пусть возьмёт что-нибудь в осаду. Дальше ему деваться некуда, придётся выбрать город, пусть хоть сам Рим, и осадить его. Одновременно, я постепенно начал посылать мелкие карательные партизанские отряды на север и на восток, которые действовали на удалении от армии Ганнибала, наказывая и разоряя тех, кто переметнулся на сторону Карфагенян. В открытом бою моя армия не могла противостоять врагу, но партизаны жгли предавших крестьян, портили снабжение, и подговаривали сопротивляться врагу. Я взывал в Итальянцах к патриотизму, я не мог сражаться открыто, но пусть хоть так.
Следующей весной Ганнибал снова двинулся на юг и осадил ещё ряд моих городов, но осада не принесла успеха. Одновременно его союзники двинулись на север, пытаясь взять в осаду раннее не сдавшиеся города, но потерпели там поражение, из-за чего Ганнибалу пришлось перебросить силы на север Италии, чтобы сохранять её под своим контролем.
Одновременно, Карфагеняне начали успешное наступление в Сицилии, беря в осаду, и захватывая один мой город на острове за другим, и продолжала разгораться война в Испании. Я, понимая невозможность противостоять врагу в Италии, решил раздуть пожар войны в других частях света, там где гениальный стратег Каннибал не мог руководить. Началась интенсивная периферийная война, а Ганнибал всё стоял в Италии, и никак не мог решиться штурмовать Рим, тем более, теперь Рим был готов к осаде, а разведчики доносили Ганнибалу, что в столице стоит мощная армия. Следующая пара лет прошла под флагом мелких побед Ганнибала в Италии, он так и не решился двигаться на Рим. А я развязал масштабную партизанскую войну по всей территории Италии, периодически то один, то другой город переходил под мой контроль, и Ганнибал метался, захватывая их, и кровью подавляя бунты, не рискуя осадить ни один мой крупный город. Я думаю, он совершил большую ошибку, так и не решившись двинуться на Рим, был момент, когда он мог это сделать, но не сделал. Впрочем, тогда он мог оказаться в позиции Наполеона занявшем Москву. В общем, Ганнибал был блестящим стратегом, но не таким хорошим как я организатором. И его тылы начинали гореть.