Запал мотнул подбородком, типа проваливай. Малец не заставил себя просить дважды, припустив в такой же узкий переулок напротив. Но едва пацан преодолел половину расстояния, отделявшего его от другой улицы, как чья-то рука ухватила его за футболку.
- Не так быстро, пострел! – раздался голос Шрама. – Верни, что взял!
- Сеньор, я ничего не брал!
- У меня ты действительно ничего не брал, а вот у моего друга взял. Верни!
Шмыгнув носом, мальчишка вытащил из кармана бумажник и протянул его Шраму. В это время подбежал Запал. Увидев бумажник, он стал спешно шарить по карманам и, понятное дело, ничего там не обнаружил.
- Не щелкай клювом! – строго произнес Шрам, глядя в его сторону и по-прежнему держа воришку за футболку. – Воруют всегда и везде. Пересчитай, все ли на месте.
Пока Запал проверял сохранность наличности, Игнат обратился к мальчишке:
- Зачем ты хотел нас обворовать, я уточнять не буду. Но мы дадим тебе шанс заработать эти деньги.
Поняв, что бить его не собираются, мелкий немного успокоился и закивал:
- Конечно, конечно, добрые сеньоры! Что вам нужно?
- Мы видели на окраине города закрытую фабрику. Давно она не работает?
- Давно сеньоры, очень давно. Несколько лет, может быть.
- А внутри тебе бывать приходилось?
Мальчишка закивал.
- Да-да, мы лазили туда с ребятами! Внутри пусто: несколько ржавых станков, какие-то доски, бумаги, контейнеры. Ничего интересного.
- Может ли кто-то знать, когда закрылась фабрика? – задал вопрос Запал.
Мальчишка закивал снова.
- Да сеньоры! Старый Мигель знает! Он тут всю жизнь прожил, все знает.
Шрам выудил несколько стодолларовых бумажек и показал мальцу.
- Получишь еще столько же, если проведешь нас к дому Мигеля.
Тот не заставил себя просить дважды.
Дом Мигеля немногим отличался от десятков таких же, расположенных по всему городу. Одноэтажный коттедж белого цвета, плоская крыша, четыре небольших окна, смотрящие на юг, север и восток, невысокое крыльцо на пару ступеней, потемневшая от времени деревянная входная дверь. Парни подошли как раз вовремя – хозяин шаркающей походкой направлялся в дом.
- Мигель Вилья?! – громко спросил Шрам.
- Да – надтреснутым голосом ответил тот. – Что вам от меня нужно, молодые люди?
Свое прозвище мужчина вполне оправдывал – на глаз ему было около семидесяти. Жизнь обошлась с Мигелем сурово. Всю правую сторону его лица уродовали шрамы, а из-за морщин впечатление было еще более жутким. Одного уха как такового не было, правый глаз скрывался под повязкой. Одет он был в добротно сшитую белую рубашку и серые штаны, на ногах были простые коричневые ботинки. При ходьбе Мигель опирался на трость и заметно подволакивал левую ногу. На его руках были коричневые кожаные перчатки.
- Зайти позволите? – поинтересовался лидер Неспящих.
- Вы из полиции? – подозрительно осведомился дед.
- Нет.
- Слава Богу! Не люблю этих парней. Ладно, не на улице же болтать, зайдем на веранду.
Веранда в жилище была относительно просторной, по крайней мере, на ней умещались пара небольших табуретов, плетеное кресло и складной стол.
- Ну, о чем вы хотели поговорить, молодежь? – спросил хозяин, садясь в кресло. Неспящие заняли табуреты.
- О фабрике на окраине города – начал Запал. – Давно она не работает?
- Сегодня будет семь лет.
- А что она производила, если не секрет?
- Кто ж знает? – развел руками старик. – Я на этой фабрике не работал, не знаю. Почему закрылась мне тоже неизвестно.
Пока длился этот разговор, Шрам осматривал обстановку. Ему на глаза попалось небольшое мозаичное панно на одной из стен. Оно было неброских цветов, так что рассмотреть его можно было, лишь тщательно приглядевшись,… но едва Игнат увидел готическую «R» в обрамлении дубовых листьев и мечей, мозаика сложилась!
- Жаль, жаль – между тем произнес Запал. – Ладно, мы тогда пойдем.
- Нет, Вовка, погоди чуток – сказал Шрам. – Господин Мигель может прояснить еще кое-что. Или же нам стоит называть вас… УЛЬРИХ РОЗЕН?!
Старик дернулся.
- Шутки шутишь, парень?! – угрожающе пророкотал он.
- Ну почему же. – Шрам указал на настенное изображение. – Опрометчиво вывешивать свой герб на видное место. Не спорю, выполнено это произведение умно, у большинства людей взгляд за него не зацепится, и они не запомнят панно. Но те, кто в курсе, сразу поймут его истинный смысл.
- А ты, значит, понял? – недобро произнес хозяин дома. – И где же тебе доводилось видеть подобное?