— А ты не придешь к нам в гости сегодня вечером? — Эмили задала этот вопрос, подпрыгивая от радости. Разин действительно уже давно не был у них дома. Он замялся с ответом.
— Боюсь, у меня будут дела. Может, как-нибудь позже... — Виктор не сводил глаз с маячившего впереди поворота. Он надеялся, что здесь не будет солдат Анклава и ему удастся миновать их посты, пробираясь к техническому шлюзу.
— Хорошо! Обязательно приходи, мама приготовит что-нибудь вкусное.
Они свернули за угол, Виктор неприятно вздрогнул, когда увидел двоих мужчин в военной форме. Он невольно сбавил шаг. Солдаты разбили на подступах к школе миниатюрный блокпост. Смотрели с интересом на приближающуюся пару.
— Почему на улицах столько много солдат? — Эмили шепнула это почти неслышно, дернула Разина за руку, призывая идти дальше.
— В городе проблема... — он подбирал каждое слово, но не знал, что ответить по сути. Эмили была права, ни один технический сбой не объяснял такого оживления со стороны военных. Большинство людей слепо верили префектуре, как символу безоговорочного порядка. Их научили этому за годы, проведенные в Акватике, жители не задавались элементарными вопросами. Пара медленно приближалась к посту. Солдаты вышли навстречу, вежливо остановили Виктора жестом руки.
— Ваши документы?
— Да, конечно! — он закопался в карманах. Какая глупость! Как будто они не знали, что порт Акроса закрыт и попасть в город извне просто невозможно, как, впрочем, и покинуть его. Эмили опередила Виктора, протянула мужчине свой идентификатор. Солдат провел по пластиковой карточке лазером считывающего устройства, сверился с полученным результатом. Разин нащупал свой паспорт, но на мгновение замер. В его голову врезалась нехорошая мысль, а по щеке прокатилась капля пота: что, если Падинг не успела исполнить его просьбу о том, чтобы официально сделать опекуном девочки? Его могли задержать здесь. Виктор протянул военному бейджик, ждал конца процедуры, затаив дыхание.
— Хорошо, можете идти! Но вам нельзя заходить внутрь, — кивнул солдат, отойдя в сторону и освобождая дорогу. За дверью у поста начиналась территория школы.
— Да, хорошо!
Люсия успела отдать нужные указания, но теперь Разин не знал, радоваться ему или огорчаться, он болезненно побледнел. Они прошли вдоль короткого коридора и остановились у заветной двери.
— Ну что, вот и все! — Виктор едва сдерживал слёзы, он повернул девочку к себе лицом, присел на колено. Эмили изумилась такому прощанию до вечера, не зная его истинный смысл.
— Приходи в гости, дядя Виктор! — неловко улыбнулась она. Разину пришлось выпустить её руку. Он успел поцеловать девочку в лоб и растрепать макушку. Эмили зашагала к двери, улыбаясь и не оборачиваясь. Виктор с болью смотрел ей вслед, ведь навряд ли они вновь увидятся, но горечь расставания должна была оставаться глубоко внутри, так, как и предупреждал Маркус. Эмили открыла дверь, скрылась в проходе, напоследок помахав рукой. Кто-то коснулся плеча Виктора.
— Вам надо на площадь, вас уже ждут! — он вздрогнул, обернувшись на голос. Один из солдат Анклава бесшумно приблизился сзади. Его лицо не располагало к возражениям. Разин испуганно кивнул, заспешил к лифту, нащупывая в кармане видеофон.
* * *
Эмили тихо открыла дверь и заглянула в класс. За партами уже сидели дети, некоторых из них девочка узнала. Братья Дильс и Виктория Майлс. Они сидели на своих местах, оцепеневшим взглядом смотрели на электронную доску. Миссис Вернон еще не было на месте. Эмили уверенно вошла в класс, помахала рукой близнецам, кивнула Виктории. Она села на своё место, скинув с плеч рюкзак и поставив его у ног.
— Твоих родителей тоже нет? — голос Майлс дрожал от обиды и пережитого ужаса. Весь вчерашний вечер ей пришлось провести в полном одиночестве. В школу её привёл военный патруль. Эмили обернулась, заметила краем глаза мелькающие на электронной доске картинки, и не сразу поняла, что это.
— Мама заберет меня после уроков, — шепнула она в ответ. Сосредоточила внимание на классной доске. Странно, но и здесь почему-то показывали ролик про использование кислородных масок. Как и большинство граждан, Эмили откровенно не понимала, что случилось в городе, но с тревогой замечала изменения в жизни Акроса. От былого спокойствия почти ничего не осталось. Она отогнала от себя нехорошие мысли, думала о грядущей встречи с мамой. Миссис Вернон вошла в класс с озабоченностью на лице. Как по команде, дети повернули в её сторону головы. Учитель улыбнулась, не дала им заподозрить неладное.