— Нет! — Ли замер, решительно смотрел на командира. — Нам надо убить его!
— Вот это правильное решение! — одобрительно кивнула Патриция, рассмеялась еще раз.
— Нет, мы не будем вершить самосуд! — Лоуренс уже не знал, к кому конкретно обращается. Патриция и Ли стояли рядом друг с другом, смотрели с одинаковым укором. Лёгкий удар сотряс дверь, преградившую проход в библиотеку. Улыбаясь, старик показывал собравшимся очередной лист бумаги.
"Я глухонемой! Как вы сюда попали?"
Стивен обреченно вздохнул. У них не было ни ручки, ни бумаги, чтобы написать ответ.
— Да пошёл ты к чёрту, старик! — злобно выругался Дэй. Он вышел из тупика, ударив командира плечом. Лейтенант не знал, как остановить его, не прибегая к силе.
— Бумага! Папа, помнишь, ты дарил мне несколько таких листов и карандаш! — Лоуренс обернулся на голос сына. Патриция пропала, её место занял Арчи. Он прижался к двери, тянулся на цыпочках, чтобы заглянуть в прорезь окошка. Мальчик осунулся и погрустнел.
— А для видеофонов так и не сделали программу рисования... Зато в них можно набрать текст, если нет бумаги, ты же помнишь?
— Набрать текст... Ну конечно! — Лоуренс на ходу достал коммутатор из брюк, но забыл, что его видеофон отключился, залившись водой еще в лифте. Стивен поднял растерянный взгляд, но Арчи бесследно исчез. Старик продолжал глупо улыбаться, заискивающе теребил в руках пожелтевший листок. Лоуренс остался в одиночестве, он пытался понять смысл послания сына. Его вдруг осенило.
— Я сейчас, только никуда не уходите! — крикнул Стивен, махнув старику за стеклом рукой, но не успел сделать ни шага. Стены коридора содрогнулись от мощного взрыва. Он прошёл снизу вверх, заставил протяжно застонать стальные балки перекрытий. Лоуренс прижался к стене, зажмурился, подумав, что это конец. И эта мысль впервые за долгие годы не принесла ему долгожданного облегчения. Вибрация прошла по полу и затихла. Смотритель библиотеки озадаченно оглядывал потолок. Ударная волна прошла до самой макушки купола города. Освещение коридора замерцало, грозя в любую минуту отключиться.
— Ха-ха-ха! — Патриция появилась перед Лоуренсом, в отблесках ползущих по стенам зеленых лучей, игриво пригрозила ему пальцем. — А ведь когда-то ты желал смерти. Всё так быстро проходит, да, любимый?
* * *
— Какое-то наваждение! — раздраженно произнёс Виктор, ни к кому не обращаясь. Он шел по коридору четвёртого этажа, направлялся к лифту. Вытирал со лба пот и все еще не мог прийти в себя после посещения префектуры. Помимо всего прочего, Падинг натравила на прототип Морриса, и по сути, весь Анклав. Разин сжал кулаки. Теперь они считают её эффективной. План Праволишённых о том, чтобы сделать всё как можно незаметней, рушился на глазах. Виктор дошёл до элеватора. Солдаты из караула пропустили его вперёд. Как только створки закрылись, Разин позволил себе выплеснуть наружу негодование — ударил кулаком в стену. Люсия недвусмысленно намекнула, что Моррис будет искать как можно больше информации о прототипе вакцины, значит, недалек тот момент, когда тот ворвётся к нему домой и начнёт пытать. Почему-то Виктор не сомневался, всё будет именно так. Эмили... Соглашаться на её опекунство было плохой идеей. Разин с грустью подумал, что теперь будет притягивать к себе неприятности, как магнит. Но что же произошло с городом? Почему ситуация вдруг вышла из-под контроля, кто, а главное, зачем запустил в Акрос вирус? И был ли это вирус на самом деле? Прометей захватил контроль над городом, отрезав нижние этажи Акроса, и вместе с ними портовые склады. Все эти случайности уже не казались таковыми.
Кабина лифта плавно остановилась. За тревожными размышлениями Виктор не сразу заметил, как створки двери разъехались в стороны, впуская яркий свет на одном из этажей. Зашедшие люди застали Разина врасплох. Он прижался к стене, опустил глаза, больше всего на свете сейчас ему совсем не хотелось попутчиков. Их было четверо: семья, состоящая из мужа, жены и двух детей. В руках — легкая поклажа из личных вещей. Виктор стал невольным свидетелем развязки напряженного диалога.
— Ник, и все-таки мне кажется: это плохая идея... — робко произнесла женщина.
— Они пропустят нас, Лора! Они должны! — её муж твёрдо стоял на своём. Лифт стремительно опускался вниз. Семейство ехало на площадь. Чужое присутствие отвлекло Виктора от собственных мыслей. Он ждал, когда кабина доедет до жилой зоны, с извиняющейся улыбкой протиснулся к дверям. Внимание Разина привлёк мальчик лет пяти. Одной рукой он держался за старшего брата, а второй сжимал старую, потёртую мягкую игрушку. Розовый заяц с красным бантом на левом ухе. Таких уже не делали после Исхода. Игрушка напомнила ему об Эмили. В который раз Виктору стало жалко её, но он не мог ничего изменить.