Это наваждение оборвалось со звуком входящего вызова. Виктор замер, глубоко выдохнув. Стационарный видеофон отключен. Он нехотя заглянул в дисплей мобильного коммутатора, оставленного на столе. Боялся что это снова префект, но разглядев номер Лауры, растерянно принял сигнал. Появившееся изображение рябило от помех. Уотерс смотрела куда-то впереди себя, не замечая, что Виктор принял её звонок. Мужской голос на заднем плане что-то усердно рассказывал, но слов не разобрать.
— Лаура? — Разин произнёс это тихо, вспомнил об Эмили. Замешкался, не зная, как поступить. Если девочка услышит голос матери, может проснуться даже от крепкого сна. Виктор осторожно открыл дверь, вышел в коридор. Этаж заполнялся людьми, возвращающимися домой. Не все хотели сталкиваться с солдатами Анклава на площади.
— Лаура! — Разин прикрикнул, привлекая её внимание.
— Виктор! Где она? Что с Эмили? Ты забрал её? — Уотерс едва не подпрыгнула на месте.
Виктор не решился перебивать встревоженную мать, добро улыбнулся, ответил тихо. У него были хорошие новости по этому поводу.
— Да, она у меня, все в порядке...
— Дай мне её! Я хочу с ней поговорить! — Лаура с трудом взяла себя в руки. Постоянно отвлекалась на мужские голоса. Разин мог лишь догадываться, что у неё происходило.
— Она спит, — Виктор не менял интонации, старался не выдать страха. Ему нужно придумать, как объяснить Лауре ситуацию. — Я дал ей успокоительного...
— Ты рассказал ей, что произошло? — Уотерс напряглась. Видеофон Эмили отключен, и Лаура не сомневалась, чьих рук это дело.
— Нет... — Разин потёр лоб, опустил глаза. — Эмили... В общем, я не смог сказать ей, что тебя нет в городе. Она думает, что ты еще здесь и скоро придешь. Я думаю, так будет лучше...
— Что? Виктор! — Уотерс не поверила собственным ушам. — Зачем ты отключил её видеофон?
— Мне пришлось! Я уберег её от лишних переживаний! — Виктор врал, но смешивал ложь с правдой. — Подумай сама! Тут начинает твориться хаос, а через восемнадцать часов всё это закончится! Эмили может даже не догадаться, что тебя нет в городе! А если сказать ей правду...
Лаура молчала, с болью смотрела на Разина, на глаза наворачивались слёзы. Она оказалась бессильна что-либо сделать. Обернулась на тихий мужской голос. Изображение вдруг зарябило, почти полностью пропало. Краем уха Виктор услышал чьи-то слова:
— ...Надо подойти ближе...
— ...погибнем... на вашей совести...
Картинка стала чище спустя мгновение. Лаура выглядела подавленно. Бледные губы еле шевелились:
— Что у вас происходит; вы не выяснили, откуда взялась лихорадка?
— Я был на совете. Они считают, что это диверсия Праволишенных, сенат ищет саботажников, — Виктор потёр уставшие глаза. Облокотился о защитное ограждение, посмотрел вниз. Толпа на площади оживилась. Кажется, готовилась к очередному штурму военных блокпостов. — И ещё у нас что-то произошло с портом, эвакуация приостановлена.
— О боже... — пролепетала Уотерс.
— Больше ничего не произошло, если не считать, что мы в ловушке... — Виктор вымученно улыбнулся, он не стал упоминать о проблеме с водоснабжением, чтобы лишний раз не тревожить Лауру. — Ты как сюда попала? Угнала Диамед?
— Почти... — Уотерс прикрыла глаза, вспоминая, через что ей пришлось пройти, чтобы оказаться здесь. — На Экзорции тоже не всё гладко. Военные решили запереть людей и там. Они хотят скрыть факт заражения Акроса от остальной Акватики...
Виктор задумчиво потёр подбородок. Если связь перекрыта даже на Экзорции, значит, в самом Акросе её нет и подавно. Вот только как этот барьер удалось обойти Маркусу? А ведь Полярис, негласная столица Праволишенных, располагался на противоположном краю Акватики.