- Вайсор, выдели трех бойцов и мотоциклиста сопровождения, - махнул рукой защитник. - Разворачивайте обоз и сопроводите его в дружину. Сдайте Аяне, скажите муж трофей в хозяйство прислал. В расположении все как следует осмотрим и поделим трофеи по справедливости.
- Дело говоришь командир, - испачканное в мазуте лицо Вайсора расплылось в широкой улыбке.
- Нельзя никак повернуть! - Тут же возмутился услышавший разговор главный погонщик. - Меня хозяин Фокад за свое утраченное имущество вместе с женой и детьми живьем кадам скормит!
- Не скормит. Забудь про него. Он тебе больше не хозяин. А ты не раб. Кончилось все, - ответил Илья. - Свобода пришла, здесь сейчас Империя, а в Империи рабов нет, все люди свободны! Ты свободен, мужик! Понял!?
- Прошу прощения, но вы ерунду говорите, господин бунтовщик, - снова склонился погонщик. - Извините, господин, но так...все не так... Человек должен быть рабом, - растерянно помотал он головой. - Как это? Как человек может быть свободен? Как можно: человек и не раб? Не бывает такого... То от отцов и небес заповедано - неод повелевает, человек его слушает, и тем все живы. Беспредел творите... Вы люди, а неодское себе присваиваете как господа...Но раз маг велит, я подчинюсь - он еще раз старательно поклонился до земли Тронсу в ноги и развернулся к своим. - Поворачивайте повозки назад! Господин маг велел!
Глава 24. Все меняется.
До неодской потогонки, названной встречным рабом, чьего имени Илья так и не узнал, ткацким трудлагерем, дружинники к их собственному удивлению доехали без всяких проблем. Впоследствии выяснилось, что приграничную полосу неоды решили бросить без боя, ограничившись лишь призванными задержать наступление людей отрядами добровольцев, вроде того, что защищал башню. Уже на следующий день разведка подтвердила верность этого предположения - летчики обнаружили крупные неодские отряды и начавшиеся земельные работы у Айкаргена. Оставшись практически без армии, маги-северяне не стали цепляться за границу Крейса, понимая всю бесполезность этого намерения. Вместо этого они делали то, что реально могли осуществить: собирали ополчение со всех окрестных земель и сбивали в боевые группы отступающие части и выходящих из окружения магов, готовясь всеми силами защищать свой клановый центр. Ирония судьбы - прошлой осенью под Алмией имперские войска делали то же самое, пытаясь остановить наступающих неодов.
Но обо всем этом Илья узнал потом. А в тот вечер он впервые увидел неодский трудлагерь, знакомство с которым добавило ему пищи для размышлений. Танки с разведчиками въехали в него по дороге прямо с марша без всякого сопротивления. Брошенный неодами объект до последнего продолжал исправно работать, производя продукцию, как будто и не было поражения и прорыва имперских войск.
Первое, что Илье бросилось в глаза - так это очевидное сходство объекта то ли с военным городком, то ли с концлагерем. Длинный забор вокруг лагеря, правда, был без вышек и колючей проволоки и выглядел хлипко - какие-то высокие жерди с густо разросшейся вокруг них живой изгородью и странными амулетами на шестах через каждые несколько метров. Но Тронс не советовал подходить к нему близко - амулеты, оказывается, были сторожевыми, настроенными на человеческую ауру. А в зарослях изгороди жили быстрые юркие змеи с парализующим ядом, призванные обездвижить пытающихся перебраться через запретную черту рабов потогонки. Да и шипы на кустах изгороди, по словам мага, могли быть отравлены.
Так что дружинники танковым тараном просто вынесли массивные деревянные ворота и въехали внутрь, оказавшись на центральной улице лагеря. Справа и слева вдоль нее стояли прямоугольные деревянные двухэтажные бараки, а упиралась она, судя по всему, в здание самой потогонки. Здоровенное, приземистое, из красного кирпича и с неизменной неодской башней сбоку. Почему-то оно смутно напомнило Илье дореволюционное здание текстильной мануфактуры в подмосковном Серпухове - такое же бесконечно длинное, унылое и безрадостное словно тюрьма. На улице бойцы увидели и первых людей - отряд десятка в два мужиков в свободных черных рубахах и штанах военного кроя, неуловимо похожих на чоповцев из далекой Москвы. Только вот на поясах этих "чоповцев" висели здоровенные плетки и короткие дубинки.
- Похоже, нас приветствует охрана потогонки - проинформировал Илью Тронс. - Надсмотрщики. Следят за порядком и трудовой дисциплиной.
- Тоже рабы? - спросил для порядка бывший студент, перехватывая автомат наизготовку и готовясь ставить щиты.