И неоды побежали. Когда передовые бойцы Нальта и четыре оставшихся его танка ворвались в село, прорвав оборону по фронту, маги резко прекратили сопротивление. Они тоже хотели жить, а горящее, заваленное трупами неодов село было уже не удержать. Боевые заклинания отступающих магов сразу потеряли в мощности, теперь они лишь отстреливались, остатки энергии неоды направляли в щиты. Их никто не преследовал - не до того, люди тоже были на пределе сил. Выждав еще с десяток минут, окончательно ослабевший Илья попросил Ультамита полностью снять все щиты и меткость и дрожащими пальцами снял с себя танкистский шлем, остужая вспотевший лоб. Он тоже дошел до точки. Дальше пусть воюют без него...
"А все-таки я выдержал", - промелькнуло в раскалывающейся от боли голове. "Несмотря ни на что, все же не ушел в аут. Ай, да я молодец. Все, Добрячков пусть как хочет, но дней пять отдыха и пошел он лесом со всеми своими приказами".
- Мы их сделали ярл, - довольно сказал рядом Ромка, перезаряжая диск автомата на новый и внимательно смотря по сторонам. - Сделали. Село наше и...
Бывший сосед по общаге вдруг замер на половине фразы, пристально смотря куда-то вверх и в сторону, и одним броском метнулся ближе к танковой башне, закрывая своим телом Илью. Потом икнул, как-то неестественно вздрогнул и начал оседать прямо на броню, схватившись руками за живот. А замерший на месте Илья увидел, как между пальцев Ромки торчит пробившая парня насквозь тонкая и длинная окровавленная ледышка.
Стоявший у самого танка Тронс вдруг страшно выругался и зарядил здоровенной молнией прямо в окошко чердака расположенного поодаль уцелевшего дома. Трое дружинников неподалеку тоже открыли по чердаку огонь, но Илья, не обращая на них внимания, рванулся к другу.
- Блин, все же достали, - просипел побелевшими губами Ромка. - Капец мне Илюха. Как чуял...Ладно...
- Не мели ерунды! - У Ильи откуда и силы взялись. - Сейчас тебя вылечим, мы и не такие раны видели.
- Ну-ну, - улыбнулся Ромка. - Все нормально, Илюх. Война, такое бывает. Тайшу мою не оставь, помоги ей.
- Лима! Заорал из всех сил Илья. - Бери силу и лечи Рому!
- Я не могу...нечем... Лима после боя выглядела хуже зомби из третьесортного ужастика... Рана очень плохая. У меня нет энергии! Совсем нет...
- Бери мою силу!
- Ярл, ты на грани! Это крайне опасно!
- Плевать на меня! Лечи его!
- Ты можешь умереть!
- Не твое дело, неодка! Лечи Ромку! Это приказ, бери от меня всю силу, которую можешь!
"Илья, я закрыл тебе энергию. Ты совсем плох и потерял контроль над собой", - голос вмешавшегося Ультамита был крайне обеспокоен.
"Не смей"! - Заорал про себя Илья, придерживая Ромку за плечи. - "Не смей забирать силу, я должен его спасти! Должен, понимаешь! Если ты мне сейчас не дашь энергию, я...я отказываюсь иметь с тобой дело навсегда"!
"Ладно", - вдруг покладисто отозвался в голове небесный покровитель. "Если ты постоянно стремишься себя убить, то сколько еще я смогу тебя удерживать? Спасти друга твое решение...и я его уважаю. У тебя сейчас есть замена. Если ты не выдержишь, мне будет жаль тебя, первый апостол. Точно дать энергию"?
"Да"!
"Бери".
Илья вдруг почти физически ощутил, как огромный поток силы течет через него, такого чувства он раньше не испытывал. Ладошки Лимы ярко засияли, ледышка в животе Ромки мгновенно растаяла, а дальше...
Мир перед глазами вдруг поблек как на выцветшей фотопленке, боль разом куда-то исчезла, а в лицо пахнуло ледяным холодом и темнотой. "Наконец-то я отмучался", - только и успел подумать Илья.
Глава 18. После боя.
Открывать глаза совершенно не хотелось. Там, в спасительной темноте, Илье было хорошо и уютно, словно заснувшему младенцу в люльке - ничего не болело, ни о чем не думалось и ничего не беспокоило. Но, к сожалению, выбора у него не было. Похожая на небытие дрема уходила прочь, прогоняемая усиливающимися неприятными ощущениями: болью, жаждой и холодом. Бывший студент до последнего пытался отключиться снова, забравшись обратно в спасительную черную нирвану, но у него не получалось. Усиливающаяся боль разгоняла дрему и безмыслие, заставляя его реагировать, по мере того, как постепенно возвращалось ощущение собственного тела. Вскоре цепляться за ускользающее "ничто" стало окончательно невозможно, и тогда Илья вынужденно приоткрыл веки.
Представший перед глазами в неярком дрожащем свете белый потолок с лепниной по углам был ему знаком. Он, по всей видимости, лежит на диване в собственном кабинете в здании дружины - подсказала вернувшаяся вместе с болью память. Сделав усилие, парень чуть повернул головой вправо и влево, почувствовав, вдобавок к боли, приступ головокружения. "Ну да, все правильно... Он все же живой, стало быть, его вытащили из боя и привезли сюда. Только лучше бы там и оставили", - пронеслась малодушная мысль... Такого тяжелого отходняка после магического аута Илья еще не испытывал. "Сколько можно мучиться, в конце концов, раз за разом проверяя на собственной шкуре утверждение: жизнь - боль? Руки и ноги целы"? Попытка пошевелить конечностями частично удалась, вызвав новый приступ острой боли и невольно сорвавшийся с губ короткий стон. В его тело словно впились сотни иголок и, не выдержав, защитник застонал еще раз.