Почувствовав мое присутствие, он обернулся через плечо, рассматривая меня. Сощурившись от солнца, отер волосы с лица.
- Почему ты осталась со мной? Все изменилось сейчас, ты же знаешь....
Вносили ли война и изорванность его тела коррективы в наше будущее? Конечно да. Собиралась ли я позволить этому смахнуть все мои планы? Точно нет.
И сейчас я, как никогда отчетливо поняла, что мне дела нет до равнодушных масляно-черных тварей, карауливших его дыхание. Он - мое. И жарким и желанным будет для меня его тело, или израненным и обездвиженным, наши жизни прочно сшиты вместе линиями общей судьбы. ОН - МОЕ!
Ярсон прочитал это в моих глазах, и его зрачки их вертикальных - стали теплыми и похожими на темные вишни.... Радость плясала в них, сделав их больше человеческими, чем он готов был бы мне показать. То, что я остаюсь его невестой вносило новые искры в его схватку за жизнь.
- Ты по прежнему предназначен мне..... - я медленно обошла его большое, обнаженное по пояс тело.
Опустив меч вниз, он высился надо мной, как утес.
Он оставался предназначенным мне.
И только мне он теперь должен был - и свою жизнь и свое будущее. Чернильной топи придется отозвать своих стражей, потому что печати обручения лежали теперь не только на мне, но и на нем. Мои печати.
- Ты - мое.... Твое тело...твой меч.... твои земли....
Вдохнув его запах.... такой знакомый.... он пах именно так до того, как раны переломали его тело.... железом, молодой кожей и горячим имбирем.... Я положила ладонь на его сердце, ласкающе, и одновременно осторожно изучая его силу. Я знала, что однажды получу и его.... Его упрямое заговоренное сердце, так долго верное только Селин.
- Звучит, как угроза. - теперь он уже улыбался во весь рот. Моя макушка едва доставала ему до груди, и то, что я опечатываю его, как свою территорию, от души забавляло его.
- Пока я валяюсь без сознания, ты приручишь там всех моих джильтов. Младшие и так уже бредят только тобой. Сложно идти на войну, выворачивая шею назад, на твои косы.
Мы оба понимали, что манят их совсем не косы....
Улыбаясь, я смотрела на него снизу вверх, в его зрачки, приближающиеся ко мне, расширяющиеся, как глубина залива.
Он целовал меня, пробуя на вкус, глотками... сначала неторопливо, подразнивая мое нетерпение, потом все жарче и жарче, присвоив меня в своих руках. ...Играя в меня в своем сне. ... Заставляя меня забыть всю мою наносную искусность, но открывая для меня мир обострившихся ощущений - первобытным и предельно чувственным. Вскрывая упругими волнами своего наслаждения - заветные точки моего тела. Диковато и нежно....так, как умеют только оборотни....
И мне хотелось, чтобы этот карман времени остался для нас вечным.... в этом моменте, в этой неутоленной дрожи наших тел.... Я поняла, что так боюсь будущего без Ярсона, что готова на что угодно, чтобы поменять его для нас.
Меня вынесло из его сна - обжигающим потоком энергии вверх.
***
День был почти на исходе.
Я заснула в ногах его постели, - и сейчас, в вечернем полумраке, я не видела лица Ярсона, но почувствовала, что дыхание его стало другим.
Почувствовала это и Селин, засветив высокую свечу у его изголовья.
Открыв глаза, Ярсон смотрел на меня. Скинув оцепенение полусна, в которое так настойчиво окунал его княжеский лекарь. И глаза его были - живыми, и тепло-лазурными, с сердцевиной как темные вишни - совсем, как в его сне.
Он возвращался к нам. Он возвращался ко мне.
Юлия Бойко.
Женские практики с Юлией Бойко http://juli-boyko.ru
16. Раз, два, три... я слышу твои шаги.
Ярсон вырос в мире, где первые личные рабыни и наложницы у княжеского сына появлялись с 10 лет.
Первый настоящий меч – как только он мог по-настоящему уверенно держаться в седле. Для Ярсона меч был вынут из кургана, он принадлежал его пра-пра-пра-деду, и это был настоящий артефакт, взрывающий руку своей Мощью.
Желанне приснился сон, что меч зовет из под земли именно ее сына, и она знала, что крошка-княжич, не смотря на свой возраст и хилое здоровье, сможет приручить душу этого оружия. Так и случилось, хотя князь Мирош отнесся к этому с большим недоверием, перевесила здесь его только любовь к своей молодой жене, занимавшей все его мысли.
Первая дружина вставала за княжичем, когда приходила война на эти земли, и не важно сколько тебе лет было в этот момент – 8 или 15.
Ярсону было 15, когда война с ризги выжгла почти половину княжества. И все мужество дружин не спасли бы в то время Северные земли от этой бойни, если бы не «красные маски». Созданные Тайлером Майн Лу задолго до этого.