Сияющие волосы до плеч.... и во всей его энергии - обещание диких игр и наслаждений.... Порочная чувственность тела, и мечтательные, теплые искорки в глазах....
Это не был парадный портрет, в котором нещадно льстят всем тем, кого рисуют. Просто утро, просто льющийся из-за плеча свет. Просто мужчина, который заканчивает одевать доспехи, поправляя их на себе, и смотрит в пол-оборота..... Мужчина, которого любят всем сердцем....
Именно ее эмоции, звенящие в руках, и делали эту картину живой... звучали в ней любовью и тихим, затаенным восхищением....
Кто ты, странная девочка?
***
Он появился из ниоткуда и прочно обосновался в их жизни.
Мир Северных земель ластился к нему, покорно укладываясь под каблуки его сапог, подчиняясь его фантастической воле, выполняя все его желания и прихоти.
До этого он так часто снился ей.... В жизни у него было совсем другое лицо. Жеще. Моложе. И волосы длиннее.
А глаза его. Она узнала бы его и в темноте. По ощущению, которое он рождал в ее теле – словно маленькую монетку ее втягивало на орбиту вокруг него. От него исходила сила. Магия мужской силы, жесткости, атаки на жизнь – и необыкновенное, особенное обаяние.
Ее неудержимо влекло к нему. Хотелось прикоснуться…. Тот, которого она никогда не ждала.
Он забрал ее сердце. Почему-то так всегда говорят: «Она отдала ему сердце», или: «Он похитил ее сердце»…. Или: «Они нашли друг друга, их сердца соединились…»
Он забрал у нее не сердце. Он забрал у нее ее саму. Ее самодостаточность. И глубоко наивные нежные грезы…. До него – она так привыкла к одиночеству, но не к ущербному – к наполненному, избираемому ею сознательно. Только оставшись с самой собой, она восполнялась, и к ней приходили новые мысли, и чувства, и порывы – которые дальше она выливала в мир.
Люди, их разность, общение с ними – она обожала все это, но как конфеты. Не станешь же ты есть конфеты вместо обеда и ужина – день за днем. Их прелесть – в лакомстве.
Он вынул из нее часть ее самой, и поселился в ней сам. И ей было странно, что теперь и она не может без кого-то…. Что кто-то необходим ей – как ощущение комфорта от своего тела, или любимый запах, к которому так привыкаешь…. И возвращаешься к нему снова и снова….
***
Я хотела увидеть Вана в этом потоке образов.
Но почему-то теперь передо мной калейдоскопом разворачивалась уличная ярмарка.
Не такая сочная и многоголосая, как в наших Южных землях. Но по северному богатая, открывающая настоящие, редкостные чудеса.
Здесь продавали шелковистые, с невероятными переливами меха, за каждые из которых в южных землях можно было бы купить 3-х наложниц.... И нежно расписанные ткани, с выделкой серебром и лунными камнями.... они лежали в тюках, и струились, развешенные на специальных стеллажах вокруг, похожие на кружевные облака.... Сверкали украшения, похожие на тончайшую паутинку, усыпанные северными самоцветами, - словно каплями росы, подсвеченными солнцем..... На прилавках разместились огромные корзины восхитительных, горячих сладостей, от которых на морозе шел густой ароматный пар....
Также как у нас, здесь было полным полно бродячих артистов и циркачей.
На бочке, залитой льдом, превращенной в сверкающую отполировано-сколькую горку, танцевала женщина в алых шелках. С поясом из блестящих золотых монет, подхватившим ее маковые, многослойные юбки. Лицо ее закрывал полупрозрачный шарф, над которым как звезды, полыхали глаза. Босые ноги виртуозно балансировали на льду, и казалось, жили своей собственной жизнью, совершенно отдельно от тела.
Гигант в кожаной маске и такой же безрукавке, устраивал огненное представление, завораживая крутящимися факелами в руках. Их было сразу 8, и он жонглировал ими, и перебрасывал вокруг себя, рисуя диковинные огненные узоры с такой скоростью, что в этом читалась скорее магия, чем человеческие умения.
Ярмарка горела и сверкала вокруг, оглушая своими звуками и запахами....
***
Здесь я снова увидела девочку, которая рисовала картину.
Она выбирала себе шкатулку из червлёного серебра. Скорее делала вид, что выбирает.... Все внимание ее занимал мужчина с портрета....
В жизни он был еще лучше, чем на картине.... Добавилась магия движений, и невероятной, пленительной мимики....Улыбаясь, он тоже делал вид, что выбирает для себя разные диковинки этого места.
На самом же деле, купая девочку в своем свете, он играл и с ней, и собой. Они двигались по ярмарке, перебирая товары и развлечения, то сближаясь, но не останавливаясь, и даже не заговаривая друг с другом... и он незаметно вкладывал в ее ладонь маленький подарок.... безделушку или лакомство, из того, что она минутой раньше делала вид, что выбирает для себя....