К женской красоте он был привычен, но была в ней такая удивительная русалочья нежность.... В сочетании с характером, который приводил его в бешенство, и в то же время вызывал такое нелогичное, неодолимое, жгучее восхищение. Потому что воля ее была жеще камня, крепче доспехов на груди его лучших воинов... И в теле ее, когда она дарила ему свои ласки, было столько огня и искусной выдумки... Что очень скоро Желанна, младшая жена князя Мироша, стала первой, главной и единственной женой Северного князя.
И крошка-княжич остался жить. А вот септоны, принявшие решения о его смерти - нет. В течении нескольких месяцев каждый из них - пропадал при очень странных обстоятельствах. Или угасал от очень внезапной болезни.
И это, конечно же, было совсем не потому, что Желанну теперь все знали, как южную ведьму, не знающую ни жалости, ни пощады. Просто так сложилось. Наверное....
***
Нельзя сказать, что князь Мирош никогда не пожалел о своем решении. Особенно в приступах ярости, которые теперь его двухметровый крошка-княжич, с плечами, шириной с утес, обеспечивал ему постоянно.
Сына он любил без памяти, - вырос Ярсон одним из лучших воинов Северных земель. И во всех воинских умениях, которые проявлял княжич и на турнирах, и в битвах, когда на их земли хлынула война - князь Мирош с гордостью узнавал себя. Свою кровь.
И тем, с какой преданностью шли за Ярсоном его джильты - не мог не восхищаться ни сам Северный князь, ни даже самые тертые воины его дружины.
Всем был хорош его отчаянный сын - и доблестью, и статью, и даже выходками его дружины, где джильты подобрались такие же развеселые и бесстрашные, как и их княжич. И если князь Мирош и бушевал, узнавая о том, что опять натворили эти сорви-головы, то гнев его был больше для виду - в душе он гордился сыном, и слишком хорошо помнил, каким и сам был в его годы.
Но зато волей и характером Ярсон пошел в мать. И заставить его сделать что-то вопреки его решению, было все равно, что долбить вилкой скалу, чтобы она сдвинулась с места и освободила путь. Маги так могли, но обычные смертные - разве что только насмешить этим Богинь Тишины...
Вот и теперь, Ярсон практически отказывался от роскошного подарка, который устроил для него отец. Потому что соглашался жениться на Эллиэс, южной красавице из галереи искусниц, только если второй женой для него станет Селин. Рыжая и безродная девчонка.
***
Когда-то очень давно, князь Мирош сам подобрал Селин, как собачонку, в выжженном и люто разграбленном замке. Война бушевала в Северных землях, вырезая род за родом.
Войско князя очистило свои земли. Но стоило им это слишком многих жизней. Когда они вошли в этот замок, от того, что ждало их там, рвало даже самых прокаленных в войне. Даже тех, кто думал, что в тяжелейших битвах повидал уже все.
Лучше бы они обошли его стороной, оставив выжженной рваной раной в этих снегах. Потому что ризги, с которыми воевали тогда Северные земли, изощренно вырезали там всех, от домашних кошек и до последних членов семьи защитников замка.
В живых оставалась только чумазая малышка, с веревкой на шее, подвешенная на остов обугленного дерева. Под ногами у нее, поддерживая вес ее тела, стоял огромный раненый пес. И видно было, что уже несколько дней, истекая кровью, он не сдвигаясь, держал ее на себе, подхватив своей спиной в последний момент. Сделай он один лишний шаг - петля на шее девочки затянулась бы намертво.
Тронутый собачьей стойкостью, князь Мирош забрал в свой замок разумника-пса, - преданность он ценил, как важнейшую ценность в жизни. А заодно уже прихватил и девчонку. Пес всю свою жизнь потом был любимцем князя. И Селин росла в замке, сытая, и в безопасности, воспитываясь со всей детворой слуг замка. И вот теперь как умудрилась ему отплатить за все добро... за порыв, неожиданный даже для него самого....
***
- Есть наши желания, а есть наш долг, сын, ты же знаешь.... - князь Мирош из последних сил старался сохранять терпение. Разговор уже отгремел на повышенных тонах, и теперь правитель Северных земель, привыкший, что его приказы исполняются беспрекословно, все же пытался прийти к компромиссу с собственным сыном. - Пусть Селин живет в твоих покоях, рожает тебе полукровок, пусть будет в твоем сердце, и в твоей постели.... Но в жены ее брать не смей! Это место в нашем Роду - для особой крови. И не смей превращать его в посмешище.
- Я обещал ей, что женюсь на ней. - Ярсон оставался не сдвигаем. - А клятвы свои я держу. Также как и ты, отец.