В Нью-Йорк Фримен приехал поездом, и я предложил отвезти его домой, в Нью-Джерси. По дороге он занимал меня рассказами из жизни копов. Его одноэтажный дом стоял в сосновом бору в конце проселочной дороги, недалеко от 95-й автомагистрали. Фримен попросил меня сообщать ему о ходе расследования, и я пообещал держать его в курсе дел, хотя и знал, что дальнейшими поисками заниматься не буду.
Вечером я ознакомился с архивными материалами, однако ничего нового в них не обнаружил.
Ричарда допрашивали трижды. Всякий раз он давал ясные и убедительные ответы, а обследование на детекторе лжи прошел с блестящими результатами.
Имя Лоры Бейнс упоминалось только в общем списке знакомых, коллег и прочих из окружения Видера. Она не значилась ни свидетелем, ни подозреваемым, и беседовали с ней только однажды. Да, у следствия была информация, что она в тот день могла быть в доме профессора и ушла оттуда около девяти часов вечера, после прихода Ричарда. Однако и Ричард, и Лора это отрицали. Флинн подтвердил, что профессор предложил ему выпить, но утверждал, что Лоры при этом не было.
Чуть позже, рассеянно копаясь в Сети, я вспоминал Сэм: ее улыбку, странный цвет ее глаз, крошечную родинку на левом плече. Казалось, память о ней понемногу исчезает, прячется в каком-то тайнике упущенных возможностей, ключ от которого выброшен, потому что эти воспоминания слишком горьки.
Уснул я только под утро, слушая глубокое размеренное дыхание города, где миллионы снов и житейских историй сплетались воедино в огромный шар, что лениво вздымался в небеса.
За последние недели я несколько раз пробовал связаться с Сарой Харпер, а она перезвонила мне на следующий день после встречи с Роем Фрименом, как раз перед тем, как я хотел сообщить Питеру, что отказываюсь от расследования. Сара Харпер милым голосом попросила о немедленной встрече, потому что собралась надолго уезжать из Нью-Йорка. Она помнила свой разговор с Гарри Миллером и поинтересовалась, что мне от нее нужно.
Если честно, мне совершенно не хотелось с ней встречаться. К тому времени я опросил множество людей, чьи рассказы противоречили друг другу, и, расстроенный разрывом с Сэм, был не в состоянии сосредоточиться на событиях тридцатилетней давности. Внезапно вся история убийства превратилась в примитивную иллюстрацию из детской книжки и моего любопытства больше не возбуждала. Зачем было тащиться в Бронкс и беседовать с наркоманкой, которая наверняка расскажет мне что-то неправдоподобное в надежде содрать денег на очередную дозу?
Однако же Сара Харпер сказала, что готова встретиться со мной на Манхэттене. Я продиктовал ей адрес паба на углу, и она пообещала приехать через час, предупредив, что опознавательным знаком будет ее зеленая дорожная сумка.
Опоздав на десять минут, Сара Харпер появилась в пабе как раз тогда, когда я допивал свой эспрессо. Я приветственно помахал ей, она подошла, пожала мне руку и села за стол.
Выглядела она совсем не так, как я ее себе представлял: невысокая, худенькая, как подросток, с ярко-оранжевыми волосами, которые подчеркивали ее бледность. Пришла она опрятно одетой – джинсы, футболка с длинными рукавами и надписью «Жизнь хороша», поношенный джинсовый пиджак, – и от нее чуть заметно пахло дорогими духами. Я предложил выпить, но она отказалась, объяснив, что после месяца, проведенного в наркодиспансере, уже год не притрагивается ни к спиртному, ни к наркотикам. Водрузив дорожную сумку на соседний стул, она сказала:
– Я скоро уезжаю, поэтому решила с вами побеседовать.
– А куда вы собрались?
– Мы едем в штат Мэн, на один из островов. Моему бойфренду там работу предложили, в заповеднике. Я давно об этом мечтала, только сначала надо было морально подготовиться… Ну, вы понимаете. Конечно, по Нью-Йорку я буду скучать, ведь я целую жизнь здесь прожила, а теперь все заново придется начинать.
Она объяснила это с легкостью, говорившей о неоднократных посещениях групп поддержки типа «Анонимных алкоголиков». На бледном лице почти не было морщин, но под бирюзовыми глазами залегли темные круги.
– Спасибо, что согласились со мной встретиться. – Я вкратце рассказал ей о рукописи Ричарда Флинна и о своем расследовании событий, произошедших в конце 1987 года. – Должен вас предупредить, что мой бюджет, назначенный литературным агентством, довольно ограничен, поэтому…
Она небрежно отмахнулась:
– Ох, не знаю, что там этот Миллер вам про меня наговорил, но ваших денег мне не нужно. Моих сбережений нам хватит, а там, куда мы едем, расходы будут невелики. Я согласилась встретиться с вами из-за Лоры Бейнс, точнее, Лоры Вестлейк. Мне надо вам кое-что о ней рассказать.