Основная беда и основной порок этого блистательного периода были не в тех заметных, но относительных проблемах, о которых любят вспоминать его критики, – дефиците и бюрократизации, а в том, что общество забыло, что не это главное. Общество, уставшее от собственных свершений и сменившее френч на смокинг, утонувшее в благополучном расслаблении, постепенно утратило из виду, что главное – это не благополучие и изобилие на товарных полках, не комфорт и потребление, а развитие, напряжение, стремление «сегодня» построить мир «завтра».
Утратив тот внутренний настрой, ту внутреннюю целеустремленность в будущее и ту привычку к напряжению, которые обеспечили его прежние победы, оно как лишилось способности к прорыву завтра, так и не обрело благополучия сегодня. И обрекло себя на то, что и вытекало из этого с неизбежностью, – на сытый бунт перестройки, бессмысленный и беспощадный».
Читать полностью: http://www.km.ru/v-rossii/2012/11/09/istoriya-khkh-veka/696971-epokha-brezhneva-mogla-zavershitsya-novym-proryvom-no-
Неделю спустя после свадьбы, я и Вита заглянули в гости к Макаренкам. У них по случаю 47-й годовщины Октября собрались близкие нам люди. Нам было ещё непривычно быть в статусе семьи.
После праздников я приехал в Киев. Ребята меня поздравили с таким серьёзным событием в жизни, а Лиля и Рая подарили двухтомник М. Ю. Лермонтова. Жизнь продолжалась. В процессе практики необходимо было собрать материал для будущего диплома, который должен был соответствовать целому ряду требований. Выбран был для диплома автоматический регулятор температуры – рацпредложение моего руководителя. Поскольку этот прибор не серийного производства, то чертежи, электрические и электронные схемы, текстовый материал и многое другое пришлось делать самому по реальному на тот момент образцу и собственной фантазии.
Глубокая, но ещё тёплая осень. Возможности для проведения свободного времени ограничены. К Вадиму Литвиненко, как к старосте группы, приехал из Львова Роман Чесноков. Вечером он мне предлагает сходить в кинотеатр. Я соглашаюсь. Кинотеатр находится в парке имени Пушкина. Классический парк советского времени. Аллеи веером от кинотеатра расходятся вглубь парка. Сам парк находится в двухстах метрах от нашего общежития по другую сторону от Брест-Литовского шоссе. Много людей, пришедших посмотреть фильм, прогуливаются перед кинотеатром, ожидая начало сеанса. Ближе к входу кинотеатра несколько молодых ребят общаются между собой более шумно, чем другие люди. Похоже, что они чувствуют себя здесь хозяевами.
Неожиданно из глубины аллеи выбегает растрёпанная женщина. Бежит она с воплями к людям, явно прося помощи. Вслед за женщиной бежит мужчина средних лет с палкой в руках и тоже что-то кричит. Большинство людей уступают этой паре дорогу, ничего не предпринимая.
Картина увиденного поразила меня. Пока я осмысливал происходящее, мужчина поравнялся со мной. Помимо моего сознания что-то сработало в моей голове. Я сделал шаг навстречу мужчине и коротким ударом остановил его бег. Он упал на тротуар без признаков движения. Моё сознание быстро вернулось на своё место. Женщина развернулась и с поднятыми кулаками пошла ко мне. Ребята тоже направились в мою сторону. Иногда инстинкт самосохранения у меня тоже срабатывал. Рывок по кратчайшему пути к ограде парка и далее через шоссе с достаточно плотным, даже по тем временам, движением транспорта. Двое ребят, погнавшихся за мной, быстро поняли, что дальнейшее преследование меня ничего интересного им не принесёт. Вернулся я в общежитие через парк КПИ, который примыкал к шоссе с другой стороны. Напомнил мне об этом случае Роман через 40 лет в Харькове во время очередной встречи наших групп. Случай я помнил, а Романа не узнал. Мы с ним во время учёбы, ни по каким делам не пересекались, кроме этого неудачного похода в кино.
Зимой мы дважды коллективно ходили на каток, который был залит в парке Пушкина. Цены за прокат коньков были символическими. Умения кататься на настоящем льду никакого. Однажды меня охватили общественным мероприятием – выдали бесплатно билет в бассейн. Прекрасный бассейн, с 50-метровыми дорожками, но без ласт пловец из меня оказался самый заурядный.