Славка в парке Петровского.
К нам стала чаще приезжать мама Виты. Скучала она без дочери и внука. Для нас это была реальная помощь, но и реальная напряжённость. Полностью мы подружились только после переезда родителей Виты к нам на КАМАЗ в девяностые годы. Один раз родители приехали в Жданов вместе. По такому случаю Боря на машине устроил им экскурсию по городу. А вечером был торжественный ужин. Прогулялся и я с тестем по нашему району. И мы даже заглянули с ним, как настоящие мужики, в придорожную пивнушку, хотя оба к пиву, а тем более вне дома, относились равнодушно.
Родители Виты, Боря и Лёня.
Расскажу только об одном моём конфликте с тёщей. Вода на наш пятый этаж доходила иногда только ночью. Поэтому все старались иметь запас воды. Мы воду набирали в ванну. Но для этого нужно было не прозевать момент наполнения ванны. Я приспособил для этого датчик, который при определённом уровне воды в ванне включал наш дверной звонок. Кто раньше просыпался, шёл в ванну закрывать кран. Всё иногда ломается, и в одну ночь, когда у нас гостила мама, произошёл маленький потоп. Виноват оказался я. И это тоже обычная жизнь.
В 1968 году я уже не руководил секцией подводного плавания. Иногда заглядывал к ребятам как гость. Весна и часть лета этого года у меня прошли на Сахалине. В этой командировке я уже был необходим как специалист по измерениям. Вот только зарплата оставалась прежней. Работа мне нравилась – в ней был простор для творческой деятельности, и это меня устраивало. Стремления делать карьеру у меня не было, а у Виты тем более. И в дальнейшем моя трудовая деятельность на руководящих постах среднего уровня была вызвана производственной необходимостью.
Дальше моя жизнь на короткий период складывалась без моего желания. После возвращения из командировки на остров Сахалин через три месяца мне пришла повестка из военкомата. Меня по приказу министра обороны призывали, как офицера запаса, на два года для службы в Советскую Армию. Естественно, не только меня. Даже из нашей лаборатории ещё призвали Феликса Белого.
1968 –1970 годы. Служба в Советской Армии.
Как я отнёсся к неожиданно свалившейся перспективе службы в армии? Достаточно спокойно. Для меня всегда существовало понятие «надо», подкреплённое советским воспитанием. А в том, что оно в главной своей сути было правильным, у меня нет причин сомневаться и сегодня. Нелюбовь к суете, переданная мне по наследству от отца и, в малой степени, неудовлетворённость организацией работы в лаборатории тоже этому способствовали. Я даже не сразу рассказал о призыве в армию Боре. А когда он узнал об этом и предложил попробовать что-нибудь сделать, я наивно ответил: «Ведь приказ уже подписан министром обороны». Боря тогда работал первым секретарём горкома. В душе, (по-моему) он был мне благодарен за такой ответ. При своих возможностях Боря никогда не нарушал законность. У Феликса, как потом оказалось, дядя тоже работал в горкоме третьим секретарём. И несмотря на то, что Феликс по характеру был явно практичнее меня, мы вместе в конце октября вылетели в город Херсон, где располагалась бригада ПВО, в которой нам пришлось служить. Ходос, подписывая мне документы, не мог понять, зачем мне нужна эта служба при возможностях моего родственника. Разные они были люди.
Сейчас Ф.П. Белый – советник генерального директора ИЦ «Азовмаштест»
Летели мы самолётом АН-2, потому что маршрут поезда из Жданова в Херсон очень неудобен. Но конец октября внёс свои поправки. Прошли сильные дожди, мы застряли на промежуточном аэродроме и поехали дальше поездом. В Херсон прибыли в четыре часа утра. Ждать транспорт не захотели и, уточнив в первом приближении маршрут, пошли пешком. Получилась прекрасная прогулка, запомнившаяся тишиной, утренней свежестью и сильным ароматом южных цветов. А в конце пути ещё и утренние разговоры просыпающихся птиц.