В ноябре пришли в речной порт наши контейнеры. Размещение наших вещей не создало особых проблем, поскольку не сохранилось в памяти. А вот мотороллер Володи, который прибыл в контейнере, немного мешал в помещении клуба. Нам было мало забот с превращением подвала в клуб. В журнале попалась статья о создании снегохода на базе мотороллера «Вятка». И Володя загорелся этой идеей. Съездить зимой в окрестные леса и поля на снегоходе поохотиться – это «круто». Я всегда легко подключался к таким идеям, но больше как конструктор, слесарь и испытатель. Это была интересная работа, и снегоход наш поехал, но только по уплотнённому снегу. По алее местного парка он тащил на буксире до десятка лыжников, а на рыхлом снегу толкающий барабан быстро зарывался в снег.
Однажды к нам в клуб заглянули двое мужчин узнать, чем занимаются люди в клубе «Акванавт». Над входом в наш подвал был закреплён светильник с лампами дневного света, на защитной прозрачной крышке которого гордо красовалось интригующее название клуба. Володя, вспоминая позже, в разговоре сказал, что это название предложила Вита. Один из мужчин с корейско-японским типом лица стал хорошим товарищем нашей семьи по сегодняшний день. Он не стал активным членом нашего клуба, но оказалось, что он работает в Управлении Главного Конструктора КАМАЗа, в отделе дорожных испытаний. Его и ещё нескольких работников УГК отправили работать в Н-Челны и даже выделили жильё. Владислав Михайлович Ким (так звали моего нового знакомого) осенью 1972 года сообщил мне, что в Челны приезжает Главный Конструктор, и дал координаты, где его можно найти. Так я впервые встретился с Владимиром Наумовичем Баруном. Разговор получился коротким, но взаимоинтересным. Владимир Наумович сказал, что я УГК нужен, но пока нет смысла переходить мне на КАМАЗ. Мне нужно получать квартиру, а в следующем году начнётся массовый переезд работников УГК в Набережные Челны, и тогда меня пригласят на работу.
Встречался я с Владимиром Наумовичем ещё один раз в Московской дирекции КАМАЗа, будучи проездом в Москве. Начинался обеденный перерыв, все остальные сотрудники разошлись, а мы общались почти сорок минут.
«БАРУН Владимир Наумович (21.9.1926, г. Киев – 29.9.1997, Москва) - инженер-механик, первый главный конструктор КамАЗа. В 1970–97 на Камском автомобильном заводе (с перерывом, в 1986–87 начальник управления главного конструктора Камского тракторного завода, г. Елабуга): с 1970 - главный конструктор по автомобилям, в 1977–86 - начальник управления главного конструктора – главный конструктор ПО «КамАЗ», в 1987–97 – заместитель начальника НТЦ по развитию (в Московской дирекции»).
Приближалась зима 1972-1973 г. Проблема изготовления монолитных фундаментов на КСКЧ была решена применением металлической греющей опалубки. На внешней стороне опалубки приклеивали плоский нагреватель, сверху закрытый надёжной теплоизоляцией. Меня больше на КСКЧ не посылали, но я видел, как ребята из НИИ отрабатывали технологию изготовления таких нагревателей. Они применили для нагревательного элемента шнур из асбеста и графита, внешне напоминающий шнурок для модельных мужских туфель. У меня до сих пор хранится клубочек этого нагревательного шнура и даже изготовленная из него грелка.
А вот обогрев административного здания нашего Управления решили модернизировать – перевести его на электрообогрев, устроенный по оригинальному принципу. Я уже писал о том, как мы грели воду в общежитии пропусканием тока между двумя электродами через воду. Оказывается, в г. Бугульме изготавливали промышленные нагреватели на таком же принципе, прежде всего, для нужд нефтяников. Вот меня и отправили за такой установкой. Я продолжал совершенствовать свою квалификацию по перевозке нестандартных грузов. Я впервые поехал на грузовике в южную часть Татарии, где находились основные нефтяные месторождения. Интересная трасса пролегла между холмов и лесов. Пока ехали, оформляли груз, загружались, наступил вечер, а возвращение в Челны проходило в темноте. Наверное, такую картину увидели мореплаватели, которые впервые открыли пролив на юге Американского материка, а большой остров южнее пролива назвали Огненной Землёй из-за множества горящих костров. Вот и у нас мимо проплывала огненная земля. Так много было факелов сгорающего попутного газа, образующегося при добыче нефти.
На этом мои приключения в Металлургстрое не закончились. В разгар зимы монтажникам понадобилось привезти уже не комплектую подстанцию, а огромный стационарный трансформатор большой мощности с входным напряжением 110 кв. Это был первый трансформатор, устанавливаемый по проекту энергоснабжения будущего комплекса Литейных заводов. А вначале он должен был поработать и на нужды строителей. Начальником СМУ на этом участке был А. А. Хромых, мой будущий сосед по подъезду. В этот раз мы тоже на заключительном участке оказались в ночное время. После съезда с дороги с твёрдым покрытием оставалось проехать около одного км. Поднялась пурга и переметённая снегом дорога, да ещё в световой завесе от искрящихся снежинок, водителю трактора «Кировец» была совсем не видна. Пришлось мне, как в хороших советских фильмах о строителях, идти впереди трактора и как-то определяться с направлением движения.