Нагрузочные устройства комплектуются своими приборами. И всегда чего-то не хватает. Это сейчас испытательные стенды поставляются в комплекте со специализированными компьютерами. А в начале нашей исследовательской деятельности многого не хватало. Вот хорошо мне знакомый Наиль Байгузин пришёл на склад Управления оборудования и от моего имени попросил помочь ему со стеклянными и резиновыми трубками для изготовления дифференциальных манометров малых давлений. Из уважения ко мне, женщины ему подобрали трубки, а когда я у них появился, получил от них шутливый выговор. Я попробовал воспитывать Наиля, но услышал в ответ: «Нужны были манометры и важен результат».
Казалось, есть то, о чём я так долго мечтал – интересная творческая работа, нужная для страны и в большом объёме. Есть возможность участия в дорожных испытаниях. А это – сочетание интересного дела с возможностью путешествовать. Но всё начало складываться, как в плохом сценарии. Сейчас, после прошедших сорока лет, детали конфликтов с прямым начальником стёрлись из памяти. Глупые указания хуже, чем гири на ногах при движении. И мелочные придирки. При этом никогда не поднимался В. В. Кутиком вопрос о переводе меня куда-нибудь, чтобы я не мешал ему руководить. Коля Ядринцев, бывая на совещаниях вместе с Кутиком и выслушивая его критику в мой адрес, с присущей ему непосредственностью отметил: «Плохо работает Марача, так напиши серьёзную докладную и пусть его уберут из КИБа, а ты, уходя в отпуск, оставляешь его вместо себя». Но до окончания нашего противостояния было ещё далеко.
В этом году было принято решение провести режимометрирование всех узлов и агрегатов автомобиля КАМАЗ в дорожных условиях. Организацию этих работ и их выполнение поручили Коле Ядринцеву, а его помощником по науке назначили Володю Ниськова. Почти все ведущие инженеры-испытатели по автомобилю выехали во временный лагерь на берег Волги, в 20-ти километрах к северу от города Углич. Недалеко от этого места располагался на постоянной основе лагерь испытателей завода ЗИЛ, а рядом проходила разбитая булыжная дорога (чуть ли не времён Петра Первого). Коля развернул это мероприятие с присущим ему размахом. Были построены домики из двух микрокомнат, около 10 штук. Они представляли удлинённый параллепипед, сваренный из уголка и обшитый досками. Их для экзотики установили на поляне у берега Волги, вертикально полудугой. Первый этаж – подсобка, а на втором – спальные места для четырёх человек (опасный вариант в плане пожарной безопасности). Рядом стояли автомобили, используемые для испытаний и, частично, для хозяйственных работ. Ребята по своим программам проводили испытания, и одновременно водители с автомобилями участвовали в натуральном обмене – зарабатывании, к примеру, бесплатного питания для всех участников экспедиции. Такой цыганский лагерь, со своим «бароном» и его помощником.
Работ запланировано было много, молодые специалисты действительно хотели получить достоверную информацию о нагруженности систем автомобиля, которыми они занимались. Не всё шло гладко да ещё отвлечение автомобилей. Им иногда приходилось долго ждать своей очереди для выполнения работы. Похоже, измеренцы были загружены больше других, потому что участвовали во всех работах. У них тоже не всё получалось, а В. Ниськов мало чем им мог помочь. Вот меня и отправили на помощь. Почему-то подготовка к этим испытаниям прошла мимо меня. Из наших ребят мне запомнился Валера Бушуев.
Из проблем, которые пришлось решать на месте, запомнилась одна. Тензомосты, наклеенные на полуоси, и провода, идущие к токосъёмнику, были закреплены и загерметезированы герметиком на основе восковой мастики. Прекрасный герметик, но при испытаниях горячее масло быстро растворило воск, и провода, болтаясь в воздухе, быстро оторвались. Монтаж мы восстановили, провода закрепили бандажами из ниток, а герметизировать не стали. Электропроводность у масла практически нулевая, и сами тензорезисторы к маслу оказались очень устойчивы.