Вторая проблема – это крепление корпуса токосъёмника к кузову автомобиля, чтобы он не вращался. Жёсткие, тонкие, деревянные лаги, пропущенные в проушину на кузове, быстро ломались, приводя к обрыву проводов. Мне, выросшему в скромном достатке, очень часто приходилось находить решения практически из ничего. В этом случае подошла резиновая лента, вырезанная из автомобильной камеры. Решение, принятое из-за отсутствия других материалов, оказалось настолько удачным, что в этом направлении больше ничего не изобретали.
Пробыл я в лагере около недели, успев отработать программу с Армо Назаряном. Немного, сидя за приборами рядом с ним, узнал о его жизни. От него я впервые услышал о геноциде армян (прежде всего элиты) турками в апреле 1915 года. Армо был так благодарен за хорошую работу, что пообещал привезти мне из Армении бутылку домашнего вина. И выполнил обещание.
Своеобразна была жизнь в лагере. Как-то во втором часу ночи мы проснулись от шума под окнами. Это Коля Ядринцев и ещё несколько человек вернулись в лагерь основательно выпившими и решили провести один раунд борьбы. Боролся Коля с водителем-испытателем, моим учеником по клубу «Акванавт». О втором случае я узнал из рассказа Коли: «В лагерь заглянул Реваз Ходжава и стал интересоваться ходом дел. Я решил над ним пошутить. Договорился с ребятами из скорой помощи, которые подъехали на машине в лагерь. Спросили, кто тут Ходжава и заявили, что у них есть предписание доставить его в больницу для проверки. После активных возмущений Реваза Васильевича силой усадили в машину (он был щуплый и маленького роста). Когда немного отъехали, я приподнялся из-за кресла. А ты откуда здесь взялся – его вопрос? Я ему объяснил, что решил его отвлечь от ненужной проверки, а на берегу ждёт бутылочка с закуской. Против этого он устоять не мог».
Пешеходный поход вдоль Азовского и Чёрного морей.
На заводе всегда существовала проблема – как пойти в отпуск летом. Поскольку Кутик тоже старался для отпуска использовать летнее время, а я его замещал, то я как-то попадал в график отпусков в летний период. Мы далеко находились от близких людей и поэтому часть отпуска проводили в Жданове, общаясь с мамой, сёстрами, друзьями. Оздоравливали детей. У нас так складывалась жизнь, что мы никогда не пользовались профсоюзными путёвками для санаторно-курортного лечения.
Общение с близкими людьми – это святое дело, но хотелось ещё что-нибудь для души, учитывая активную студенческую молодость. Вот я решил, а Вита не возражала, чтобы папа с сыном совершили маленькое путешествие вдоль Азовского моря, потом по Арабатской стрелке перебраться в Крым, а там показать сыну его южный берег. Передвигаясь частично пешком, на попутках, автобусах и теплоходах.
Летим всей семьёй на самолёте в Харьков. Поездом от нас ездить было неудобно и долго. Поэтому билеты на самолёт, особенно летом, приобрести было сложно. В Харькове остаётся Вита с маленькой Светланой (1 год и 4 месяца), а я и Славик едем в Жданов. Через некоторое время Лёня везёт нас на своём «Москвиче» в город Бердянск. Там живёт и служит брат Бори – Володя Качура. У Лёни к Володе есть какое-то дело, вот он и совместил приятное с полезным. Володя служит в авиационном полку морской авиации. Поэтому вечером за столом не обошлось без стопки «Ликёра Шасси» по рецепту из фильма «Хроника пикирующего бомбардировщика». Утром Лёня и Володя провожают нас за город. Прощаемся. Славик на прощание демонстрирует свои познания в акробатике. Мы в третьем классе записали его в школьный кружок.
И пошли мы вдвоём с рюкзаками за спиной и двумя удочками, которые нам выделил Лёня, вдоль трассы на Мелитополь. Прошли пять км. Стало немного скучно идти. Трасса с редкими автомобилями и лесопосадка, ровная степь и трели маленьких птичек. Немного устали и решили повернуть к морю. Трасса идёт вдоль берега моря на некотором удалении от него. Ещё два км вдоль лесопосадки и мы с высоты очень крутого спуска любуемся панорамой тёмно-зелёного Азовского моря. Я в своих рассказах писал о крутых спусках к морю в Мариуполе. Похоже, большая часть северного берега возвышается над морем на 20-30 метров. Море во время штормов очень долго подмывало глинистый берег. Он периодически обрушивался. Песок оставался у берега, а более лёгкие фракции вода уносила далеко в море.
Питьевой воды у нас было мало, а ближайшее огромное поле было засеяно огурцами. Не очень понятное решение. Огурцы требуют для выращивания совершенно другие условия. Но кое-что и в этих условиях выросло. Мы набрали полную авоську огурцов, надеясь, что они как-то заменят нам воду, и по крутой тропке спустились вниз к воде. Выбрали ровное место и установили палатку. Искупались, собрали плавник, вынесенный морем, для костра. Далее обычные дела туристов. Приготовили ужин, полюбовались спокойным вечерним морем и легли спать.