В Харькове нас ждали и очень волновались. Внуку 10,5 лет, а отец потащил его в такую опасную поездку. Казалось, всё закончилось хорошо. Впереди ещё поездка в Мариуполь, отдых на море и обратная поездка в Н-Челны. Славка бодрый, хорошо поел, и вдруг вечером у него поднялась температура тела. Утром вызванный врач определил заболевание кишечника – сальмонеллёз. С трудом удалось убедить врача не госпитализировать ребёнка. Наши планы по отпуску моментально разрушились. Откуда взялось заболевание? Скорее всего, виновата вода из реки Оки, но Славка и до сих пор отрицает эту причину.
Возможность продолжения совместного отпуска отпала сразу. Через день в Жданов я отправился на мотоцикле один. Не помню, сколько дней я провёл у родственников. Оздоравливаться одному было неинтересно. Несколько дней пришлось потратить на профилактические и ремонтные работы, связанные с мотоциклом. С Лёней, мужем сестры, мы объездили все магазины города, но ни шин, ни пружин для задней подвески так и не обнаружили. Случайно зашли в магазин «Уценённые товары». И здесь глаз опытного слесаря мгновенно увидел необходимые мне пружины внутри большой конструкции. Оказалось, что это передняя подвеска к инвалидной мотоколяске. И стоила она совсем смешную сумму.
Не обошлось и во время ремонта без неприятных происшествий. Сделав необходимый комплекс работ, я выехал из гаража Лёни, чтобы опробовать мотоцикл. Меня Лёня предупредил об одном опасном пересечении при выезде из гаража, но мои мысли, как у прирождённого исследователя, были полностью погружены в работу двигателя, управляемость и т. д. На перекрёсток я выехал, как будто был один на дороге. Когда я увидел на пересекаемой мною улице движущийся автомобиль «Волгу», на автомате затормозил и заложил правый вираж, но было уже поздно. Перекрёсток был из «закрытых», т. е. ни я, ни водитель Волги не могли видеть друг друга, пока не въедем на него. Мои автоматические действия, на подсознании, и невысокая скорость двух транспортных средств помогли избежать серьёзных последствий. Столкновение произошло под острым углом. Мотоцикл от удара валялся на боку, и из бака тонкой струйкой тёк бензин. Я при падении мотоцикла успел спрыгнуть с него и отделался небольшими царапинами. Поднял мотоцикл. У «Волги» отскочила передняя фара и, возможно, добавились мелкие вмятинки. Неожиданно на пустынном перекрёстке собралось много людей. В основном, ругали водителя автомобиля, хотя вина была полностью моя. Машина была не новой, и лишняя вмятина водителя не расстроила. Разошлись мы мирно. Вот только от удара повело раму мотоцикла. Раньше можно было в движении снять руки с руля и управлять направлением движения наклоном собственного тела. Теперь нужно было постоянно держаться за руль.
Отдых в Жданове без сына совсем не остался в памяти. А обратный путь запомнился тяжёлым внутренним состоянием. Путешественник-одиночка – это удовольствие не для меня. Особенно, если едешь по прежнему маршруту. Память всё время возвращает к событиям, связанным с проезжаемыми местами. Я поэтому выбрал себе новый маршрут. К тому же, на карте он мне показался короче. А реально всё оказалось не так. Я, не въезжая в Белгород, повернул к городу Губкину. Далее Воронеж, Тамбов, Пенза, Сызрань, Тольятти, Бугульма и Н-Челны.
Появилась у моей техники и новая проблема. Двигатель работал устойчиво, легко позволял набирать скорость 60 км/час, а дальше обороты двигателя увеличиваться не хотели. Пришлось смириться с этой проблемой и отложить её решение до приезда домой. У меня уже заканчивался отпуск, а опаздывать на работу мне очень не хотелось. Я за время поездки стал даже забывать о проблеме отношений с моим начальником, а она никуда не делась. Чтобы больше проехать на такой низкой (для трассы) скорости, приходилось дольше находиться в седле. Вот когда я вспомнил самодельное широкое сидение у ребят, ехавших в Москву на «Яве». Моё жестковатое и узкое сидение быстро натёрло мне водянки на попе. Я пробовал разные позы посадки на сидении мотоцикла, поднимал ноги чуть ли не на руль, болтал ими в воздухе, смещал попу на сидение пассажира и даже определённое время ехал стоя. Всё это помогало на короткое время. Лучше всего получалось ехать, не шевелясь на сидении. Придавленные водянки без циркуляции крови как-то меньше передавали в мозг сигналы боли. Мой режим движения – 50 км движение и 15 минут отдых. Я сползал с мотоцикла и ложился животом на траву. Потихоньку боль уменьшалась, но потом первое прикосновение попы к сидению казалось пыткой.